Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру

Фестивальная колонка >>

Формула кино

36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви

Констатировавший более тридцати лет назад смерть кинематографа, режиссер Питер Гринуэй считает, что снимать кино стоит только про секс и смерть. Сообщающиеся сосуды эроса и танатоса всегда интересовали художников, и принципиально ничего не изменилось со времен Гомера. Это подтверждает и Московский фестиваль, в особенности фильмы конкурса и "Божественная эйфория" Андрея Плахова. Почти в каждой картине этих программ нашлось место для любовных отношений и размышлений о крае жизни.

36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
Прямой диалог с эпическими произведениями классиков продолжает польский художник, поэт и режиссер Лех Маевский. Его «Собачье поле»("Божественная эйфория") изобилует отрывками из «Божественной комедии» Данте и рассказывает про поэта Адама, потерявшего в автокатастрофе возлюбленную. На дворе 2010 год, на Польшу обрушивается один природный катаклизм за другим, а личная трагедия Адама рифмуется с трагедией национальной - в авиакатастрофе под Смоленском гибнет президент и элита страны. Депрессивную сонливость и ночные кошмары, возводящие телевизионные шоу и гипермаркеты в ранг кругов Ада, может победить только надежда, тонизируемая любовью. Особенно такая возвышенная и отмеченная печатью смерти, как была описана у Данте.


36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
У земляка подхватывает знамя индивидуальной трагедии и молодой польский режиссер Кшиштоф Сконечный, чья лента «Хардкор диско» участвует в конкурсной программе ММКФ. Полторы сцены сексуального характера и два убийства вплетены в картину, которая оказалась странноватой амальгамой из Ханеке и молодежного фильма про веселую и сладкую жизнь, явно отсылающей еще и к античной мифологии, например, к истории об Оресте. Молодой человек знакомится с девушкой, проводит с ней какое-то время, а затем убивает её родителей – сначала отца, затем мать. По паре брошенных им фраз можно догадаться, что они и его родители тоже, очевидно, когда-то от него отказавшиеся. Тягучие сцены, снятые одним планом, чередуются с энергично смонтированными эпизодами тусовок с алкоголем, порошками и танцами. Определенно, без них фильм бы только выиграл.


36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
Другим конкурсным фильмом с запутанным переплетением любви и смерти оказалась японская лента «Мой мужчина» Кадзуеси Кумакири. Десятилетняя Ханна теряет семью во время двойного природного катаклизма: цунами и землетрясение одновременно уносят жизни многих японцев. Дзюнго (Таданобу Асано), тянущий лямку неспешных отношений с потенциальной женой, решает, что быть отцом без обязательств перед еще одной женщиной - это тоже неплохо, и удочеряет Ханну. Отношения сразу складываются странно: десятилетняя девочка просит нового папу поцеловать ее, семнадцатилетняя (Фуми Никайдо), с карамельным взглядом и пухлыми губами, - уже требует. Запретный роман доводит возлюбленных до двойного убийства, а потом Ханна вырастает. Фильм Кадзуеси Кумакири умудрился не стать ни японской «Лолитой», ни современной «Империей чувств». Это удивительно корректное и почти целомудренное кино о сексуальных отношениях между одиноким мужчиной за тридцать и его семнадцатилетней приемной дочерью, которая давно выпрашивала у отчима поцелуи и даже больше. Кумакири шьет полотно сюжета иногда небрежно, прыгая во времени и давая флэшбеки то на несколько минут, то обходится парой секунд. «Мой мужчина» стремится к некоей поэтизации, которая заглядывает в фильм на несколько сцен (самые яркие - потеря девственности и, разумеется, акты убийства), а остальное время падает снег, рыбаки обезглавливают рыбу, дети бегут в школу - все спокойно.


36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
Восточный ракурс на вечные темы продолжает и китайский нуар «Черный уголь, тонкий лед», рассказывающий детективную историю с большим акцентом на убийства и пунктирным обозначением сексуального влечения.
В 1999 году в Северном Китае происходит серия убийств: неизвестный умелец разделывает жертвы на сравнительное аккуратные куски, расфасовывает их и рассылает по местным угольным предприятиям. Офицер полиции Джан (Ляо Фань) вместе с товарищами идет по следу, находит предполагаемых виновников, но после смехотворной стычки в парикмахерской двое стражей порядка оказываются убиты, а Джан ранен и в последствии отстранен от службы. Спустя пять лет убийца вновь выходит на тропу войны - и поставка частей тела в толще угля возобновляются. Уже работающий охранником и не просыхающий, Джан вызывается помочь бывшим коллегам, потому что жизнь его скучна, как жестянка. В деле возникают новые подробности, мрачный ореол окутывает местную химчистку, а ее работница выступает в качестве роковой женщины, которой симпатизирует не только главный герой, но и другие одинокие мужчины.
36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
В этом году «Черный уголь, тонкий лед» увез из Берлина Золотого и Серебряного медведей (за лучшую мужскую роль наградили Ляо Фаня). Картина Йинана Дяо всю дорогу не вынимает фиги из кармана, балансируя между фарсом и черной комедией, но одновременно оставаясь бытописанием на тему жизни в северных районах Китая. Люди катаются на коньках, со скучающими лицами ездят в трамваях, пользуются химчисткой и даже посещают уроки танцев. Для российского зрителя здесь многое может стать предметом узнавания - особенно грузные полицейские, которые, громко топоча и борясь с одышкой, преследуют убийцу в надежде, что тот поскользнется или умрет раньше, чем они выдохнутся. В этой подмороженной действительности, где уголь - черный, лед - тонкий, а кровь - красная, серийные убийства с финальным твистом выглядят как яркий фейерверк на фоне серых стен.


36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
О том как люди продолжают заниматься сексом и думать в стране, где по воле Аллаха и тех, кто не совсем правильно его понял, запрещено почти всё, повествуют фильм «Тимбукту» Абдеррахмана Сиссако ("Божественная эйфория"), вслед на парижскими студентами 68-го утверждающий, что в мире между эросом и танатосом на самом деле запретить можно только одну вещь - запрещать.
В Тимбукту запрещен футбол, запрещена музыка, запрещено слоняться без дела и запрещено сидеть на ступеньках у собственного дома. Женщины должны ходить в носках, а рыночные торговки работать в перчатках. Против требовательного режима религиозных фундаменталистов многие восстают физически, а некоторые - морально, но итог для всех один. Втянутым в гротескное исполнение воли божьей оказывается и мирный пастух Кидан, который живет с семьей за пределами Тимбукту, мирно пасет коров, размышляет о жизни - и вообще певец, а не воин, что до поры до времени продлевало ему жизнь. Непреднамеренное убийство втягивает его в водоворот местной судебной системы, которая от имени Аллаха творит закон на свое усмотрение.
36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
Новый фильм Абдеррахмана Сиссако выглядит сатирой на многие запреты, стремящиеся сформировать из простого человека - правильного человека. В «Тимбукту» самые запоминающиеся сцены посвящены именно запретным действиям. Квартет друзей посреди ночи поет прекрасную песню, за которую двоих казнят через избиение камнями, третью женщину высекут, а четвертый участник «группы», кажется, смог скрыться. Группа мальчишек играет в футбол без мяча: они вдохновенно стелются в подкате, отдают точные пасы и наносят удары в незащищенный угол ворот соперника. Истинно антониониевская сцена. Другой, совсем печальный аспект картины Сиссако, заключается в том, что даже мудрый и честный человек, уединившись от творящейся несправедливости, все-таки окажется втянут в ее трясину.


36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
Также не без иронии, легко, но мудро о превратностях любви поведал французский классик Ален Рене, которого не стало 1 марта 2014 года. «Любить, пить и петь», еще один фильм из "Божественной эйфории" - история отношений трех пожилых пар, две из которых связаны узами брака. Известия о скорой смерти их близкого друга Джорджа заставляет трех героинь, в разное время состоявших с ним в отношениях, засомневаться в своем семейном счастье, а мужчин - проявить, наконец, каплю чувственности и эмоциональности по отношению к супругам.
«Любить, пить и петь» идеально вписывается в формулу «Немного смерти, немного любви» - не только по содержанию, но, увы, и по окружившим картину обстоятельствам. Уход из жизни Алена Рене сопровождали слова любви (и еще одним жестом признания оказались две награды на Берлинском кинофестивале).


36-й ММКФ: Немного смерти, немного любви
На ММКФ любовь и секс идут рука об руку со смертью в самых разных проявлениях: чувства служат толчком к самопознанию, как в новом фильме Валерии Гай Германики "Да и да", показанном в конкурсной программе под занавес фестиваля. Подробнее о картине мы расскажем несколько позднее, но и в ней главной темой становится любовь и те пограничные состояния, в которые погружается человек, ее испытывающий.
В кино страсть движит душой человека, служит стимулом разобраться в себе или же наоборот приводит героев к случайным или умышленным убийствам, откровениям или временной слепоте. Жажда любви как разрушительная или созидательная сила проходит пунктиром почти через все фильмы фестиваля (сразу в обоих качествах она присутствует в сумасбродной немецкой комедии «Генитальные войны»), лишний раз напоминая, что все фильмы - только об одном.

Поиск по меткам

Афиша кино >>

военный фильм, драма
Россия, 2019
биография, исторический фильм
Великобритания, Германия, США, 2018
мелодрама, триллер
Россия, 2019
научная фантастика, триллер
Испания, 2018
комедия, мелодрама
Великобритания, 2019
детектив, драма, криминальный фильм, триллер
США, 2019
биография, драма, исторический фильм
США, 2017
драма
Россия, 2019
драма
США, 2016
приключения, фэнтези
Норвегия, Чехия, 2019
биография, драма, приключения
Великобритания, США, 2019
боевик, криминальный фильм, триллер
Южная Корея, 2019
все фильмы в прокате >>
«Волшебный лес»
Ролики фильмов
«Волшебный лес»
Мышонок Мортен предлагает принять закон, согласно которому все животные должны перестать есть друг друга, чтобы жить в мире и согласии.
Кино-театр.ру на Яндекс.Дзен