Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру мобильное меню

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу

15 марта
2018 год
5
6
7
8
10
11
12
18
19
20
22
24
27
28
29
31
 
 
 
1
2
5
6
7
9
10
11
12
14
15
16
18
19
20
22
23
24
25
26
28
29
 
 
 
3
5
7
8
9
10
13
14
15
16
17
18
19
20
22
23
24
25
26
27
29
30
 
 
 
 
 
 
2
3
5
7
9
10
12
15
16
18
19
20
21
22
24
25
26
27
28
 
1
2
3
4
5
6
7
9
11
12
16
17
18
19
20
21
22
24
26
27
28
31
 
 
 
 
1
3
5
6
8
10
11
12
13
15
20
22
25
26
27
 
 
 
 
 
 
2
3
4
5
10
11
12
13
15
16
18
19
21
22
23
25
29
31
 
 
1
3
5
6
7
8
9
10
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
Все рубрики

Внутренняя империя >>

Смерть видеодрому, вечная жизнь новой плоти!

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу

Дэвид Кроненберг родился в милом городе Торонто, где уже больше сорока лет проходит важный фестиваль независимого кино. Родился, получается, до начала времен: еще в 70-е кино в Канаде вообще не принимали за искусство, государство на него не выделяло денег, а весь мир если что-то и слышал про видео-контент из страны кленового листа, то про какие-то очень реалистичные документалки не без участия сов (что бы это ни значило). Это потом появились Гай Мэддин, Дени Вильнев, Ксавье Долан и многие другие (даже Джеймс Кэмерон на самом деле родился в Канаде).

Случай Кроненберга интересен не тем, что он занял (а может, и узурпировал) в массовом сознании трон главного канадского режиссера, а также заслужил титулы «короля венерических хорроров», «барона крови» и «человека, с которым боится встретиться Мартин Скорсезе» (если уж бешеный бык Нового Голливуда пасует перед канадцем, то что ловить простым смертным). Как и многие живые классики, он кажется известным и изученным, описанным и пересчитанным, взвешенным и признанным значимым. При этом классический Кроненберг, если задуматься, укладывается в десять лет с небольшим: от «Видеодрома» 1982-го до «Мухи» 1986-го, от «Обеда нагишом» 1993-го до «Автокатастрофы» 1996-го. Между тем Дэвид Кроненберг бороздил просторы извращенного человеческого сознания еще в 60-е, да и сейчас эту пагубную привычку не бросил.


Темный рыцарь: Начало (из 1940-х в 1960-е и 1970-е)

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Стерео (1969)

Дэвид Кроненберг, сын писателя и музыкантки, в юности и сам планировал заняться написанием романов и даже произвел на свет один, «в духе Набокова и Берроуза», уговорил приятелей сообразить на него несколько критических статей и постарался выбить из государства финансирование, хотя в 70-е это не практиковалось. Надо заметить, что мистификация и переодевания - вообще любимая семейная забава: дед канадца, родившийся в Литве человек по фамилии Форман, мигрировав в Канаду, выбрал себе фамилию самого богатого человека на родине - Леопольда Кроненберга.

К 1970-му за плечами молодого канадца было несколько короткометражек и пара студенческих полных метров - «Стерео» и «Преступления будущего». Эти и последующие опыты начинающего Кроненберга вдохновлялись нью-йоркским андерграундом - Энди Уорхолом и его «Фабрикой», а также Кенетом Энгером. И уже в дилогии про ученые институты, исследующие аномалии человеческого тела и сознания, легко увидеть «формулу Кроненберга» - наблюдения за охотой человека к запретному, которая включает в себя размышления о том, что же такое «человеческая охота», «что такое норма» и «какими бывают запретные плоды».

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу

Когда сорок лет спустя, в 2014-м, напечатают роман «Употреблено» - официальный дебют прославленного режиссера, - в нем все жала, мизансцены, политические шуточки, а также порочные отношения между возлюбленными, родственниками и единомышленниками сложатся в краткий пересказ фильмографии мастера. Символично, что с тех пор Кроненберг не снимал (не считая видео-адаптации романа с ним в главной роли). Его полотно, фреска человеческих страстей и страхов выглядит законченной и заранее разделенной на периоды. Хотя всё это - отчасти совпадение, загадочный дух улья, помешавший канадцу вписаться в предприятия под названием «Звездные войны VI: Возвращение джедая», «Вспомнить все» и «Американский психопат».

В итоге он проделал путь в духе столь же самобытных ровесников, Терри Гиллиама и Дэвида Линча, но без сожаления об упущенных возможностях и стыда за содеянное-блокбастерное. Хотя сегодня «Дюна» выглядит небезынтересно, но именно из-за нее двенадцать сценариев Кроненберга для «Вспомнить всё» похоронили опасения Дино Де Лаурентиса, который сменил страх на милость, только заметив накачанную фигуру Арнольда Шварценеггера.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Выводок (1979)

Уже в ранних фильмах Кроненберг рассказывал о том, что мутации, отличия, изъяны - будоражат, пугают, возбуждают, соблазняют, мешают спать по ночам и провоцируют перелопачивать обыденность в поисках барокко разного сорта. Уже в «Преступлениях будущего» сформулированы все виды отношений человека с необычным. Эти отношения меняется для общества, но не меняется для Кроненберга, всегда выбиравшего смутный объект желаний не среди каких-то буквальных вещиц. Канадец мог бы снимать социальное кино об угнетаемых слоях или понятные психологические триллеры, но он предпочел стратегию в духе любимого писателя, Франца Кафки - подвергать обыденный процесс мутации, чтобы в нем отражался не только первоисточник, но и нечто большее. Чтобы годы спустя это не выглядело реакцией на писк моды или очередную горячую тему.

В 1970-е, когда в США еще пылал Новый Голливуд, Кроненберг снял условную и низкобюджетную трилогию про мутантов «Судороги»-«Бешеная»-«Выводок» (и фильм про байкеров «Беспутная компания»), где источником проблем оказывались врачебные эксперименты. В «Судорогах» безумец старается избавить людей от привычки много думать при помощи повышения уровня сексуального желания и насилия. В «Бешеной» женщина после тяжелой аварии начинает принимать революционные препараты - и у нее под мышкой вырастает жало, а сама она превращается в диковинную вампиршу. Наконец, в мизогиническом «Выводке», снятом после тяжелого развода и судебных баталий из-за опеки над дочерью, профессор психоплазматики учит пациентов давать выход негативным эмоциям в формате разных телесных наростов. Стервозная и заводящаяся с пол-оборота жена главного героя, обеспокоенного будущим дочери, преуспевает в этом настолько, что может третировать небольшой городок, а то и населенный пункт покрупнее.



А вот идут радости новой плоти (1980-е)

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Сканнеры (1980)

Фильмы Кроненберга канадскую общественность пугали (настоящий страх, впрочем, еще будет впереди), выводили из себя критиков и подвергались нападкам за жестокость, что лишний раз подчеркивало, насколько мир скроен из парадоксов и насколько они незаметны обывательскому глазу. В сущности, Кроненберг, как и многие хоррормейкеры, - до определенной степени моралист, певец здравого смысла и противник дурманящих иллюзий, которые для него, потомственного атеиста, символизирует церковь. Впрочем, судя по «Экзистенции», где именно в здании храма начинается тест новейшей видеоигры с использованием виртуальной реальности, канадец испытывает антипатию к любым догматам и слепому доверию.

Герой большинства фильмов Кроненберга - аккуратный белый мужчина, оказавшийся на пороге хтонического кошмара, сулящего нарушить его гармонию, веру в собственную нормальность и непоколебимость «нормы» вообще. Словно пророк, Кроненберг извергает в интервью максимы, которые высечены в каждой его картине: «Люди всегда хотели преодолеть собственную природу - через религию, через мифологию, через искусство». Стыд перед плотским. Подавление инстинктов. Зачатки этого он заявил в незамысловатых ужастиках, где ему удалось снять порно-звезду Мэрилин Чемберс («Бешеная») и эффектного британского артиста Оливера Рида («Выводок»), а по-настоящему развил в 80-х, где набряк, сформировался и оформился визионерский режиссерский стиль.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Муха (1986)

«Сканнерами» - хоррором про заговор телепатов, подсмотренный у Берроуза в «Голом завтраке», - Дэвид Кроненберг начал движение к мистическим схваткам старого и нового порядка. Затем случился культовый и прорывной «Видеодром», где - среди торжества бодди-хоррора, хитроумных корпораций, телевизионных проповедников (с говорящий фамилией О’Бливион) и извращенного порно - канадец запечатлел главный вопрос кинематографа: человек ли смотрит видео, или видео человека? Если когда-то этот философский вопрос и мог показаться кокетством, то сегодня, когда специальные алгоритмы анализируют вкусы зрителя и предлагают ему «подходящий» контент, нет сомнений, что это взаимный процесс.

«Видеодром» не случайно одна из визитных карточек Кроненберга - в нём он наконец-то достиг не столько определенных высот, сколько четкости и виртуозности высказывания как в содержательном, так и в визуальном плане. Алые женские губы на экране, вздувающийся пузырь телевизора, рука, сливающаяся воедино с пистолетом. Интересующие его идеи не менялись практически всю карьеру, но они мутировали, принимали более причудливые формы - и «Видеодром» очевидно входит в число лучших режиссерских опухолей.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Мертвая зона (1983)

Затем канадец взялся за «Мертвую зону» Стивена Кинга - первую в своей карьере экранизацию; до этого он маниакально придерживался французской теории авторства, понимая её как долг настоящего режиссера снимать только по собственным сценариям. «Мертвая зона» пришлась как раз кстати: Джонни Смит (Кристофер Уокен) в результате травмы головы получил способности к прорицанию, а затем почувствовал неладное и решил бороться с кандидатом в президенты (Мартин Шин), дураком и садистом, в затянутой паранойей 70-х Америке. Союз двух К оказался умеренно успешным: Кинг получил еще одну неплохую экранизацию (облегченную, но не лишенную визионерских моментов), а Кроненберг, в сущности, более внятно разыграл карту «Сканнеров», где подобное выбивалось подобным. В «Мертвой зоне» подобным можно считать отпечатки фатума, который одного наделил даром предвидения и немощью, а второго неистовостью и агрессией. Связь этих двух процессов - удовольствия от вседозволенности и смутное обаяние беззащитности - канадец рассмотрит в деталях позже.

Следом случился еще один первый раз, Кроненберг снял ремейк «Мухи» 1958 года - экранизации одноименного рассказа, написанного французом Жоржем Ланжеланом годом ранее. Впрочем, от рассказа и его экранизации в версии короля венерических хорроров мало что осталось: он разумно предположил, что не стоит держаться за незамысловатую историю про риски науки и границы эмпатии, рассказанную из третьих рук (братом погибшего ученого, которому обстоятельства превращения в муху и смерти профессора рассказала жена покойного). Если «Мертвая зона» обращала внимание на конфликт человека с судьбой и отказ сидеть сложа руки, когда потенциальный президент может нажать на красную кнопку и развязать Третью Мировую или новый Вьетнам, то «Муха» - наравне с «Видеодромом» один из самых прославленных боди-хорроров - говорит о противостоянии еще более масштабном, но и гораздо более абсурдном. В сущности, Кроненберг запечатлел на примере ученого Сета Брандла (Джефф Голдблюм) вечную борьбу человека с естественными процессами: болезнями, старением, смертью, которые в крайних и гротескных прочтениях принимают формы мутаций и страшных трансформаций. Жизнь мухи очевидно короче, чем жизнь человека, но не лишена и своих прелестей - недюжинной силы, наблюдательности и «политики насекомых», заключенной в отсутствии вообще какой-либо политики (к слову, к этому понятию Кроненберг вновь прибегнет в романе «Употреблено»).

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Муха (1986)

Хрупкость человеческого организма завораживает канадца и в «Связанных насмерть» - истории про двух близнецов-хирургов-гинекологов (Джереми Айронс), которые используют для операций причудливые передовые приспособления, а заодно не чураются соблазнять пациенток. Отлаженная схема, разыгрываемая неотличимыми интровертом Беверли и экстравертом Эллиотом, дает сбой, когда Бев влюбляется в киноздвезду Клэр (Женевьев Бюжольд), у которой вдобавок три шейки матки. Однако навсегда отделиться друг от друга близнецам тоже не суждено: Кроненберг всегда любил использовать предлог «но», чтобы не позволить торжествовать какой-то одной точке зрения, чтобы не сводить всё к паре упрощений. Он создает гротескный образ, в котором отражается реальность, но и виднеется дверь в экзистенциальное. «Связанные насмерть» - триллер про буквальную двойственность человеческой натуры, поиск необычного удовольствия и фатальные привязанности. Наконец, это ода причудливым, «инопланетным» инструментам, которые барона крови всегда завораживали. «Технологии - это проекции нас», - говорит он. - «Технологии человечны, так как на 100% созданы людьми». И по этой же причине они, надо думать, бесчеловечны.



Ищу друга на конец света (1990-е)

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Обед нагишом (1991)

Следующие десять лет Кроненберг посвятит как раз тем вещам, на которые всегда смотрел завороженно. Как вспоминает сам режиссер, в детстве он был самым обычным мальчиком, любил наблюдать за насекомыми - особенно за богомолами с их жутко вращающимися головами. К этой же категории, кажется, относятся странные скальпели, ожившие печатные машинки, тонкие мужские пальцы с чуть запачкавшимися ногтями, которые объединяют персонажей Айронса, Ральфа Файнса и Питера Уэллера.

Не случайно 90-е начались с «Обеда нагишом» - безумной экранизации Уильяма С. Берроуза, наркотического ангела бит-поколения, которого Кроненберг высоко ценил и даже водил знакомство. С широко известным в узких кругах режиссером Джоном Уотерсом они, к слову, познакомились на вечеринке в честь 70-летия Берроуза. Сценарий еще одной киноадаптации канадец написал на первом лэптопе, «Муху» в 1985 году он сочинял, уже сидя за компьютером. И в этой истории смешались биография Берроуза, отношения писателя с окружающим миром и его (как мира, так и писателя) паранойей, но главное - Кроненберг запечатлел интимный контакт демиурга и проводника его творческой потенции. В данном случае - печатной машинки, превращающейся в говорящего жука.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Автокатастрофа (1996)

В «М. Баттерфляй», снятой по одноименной пьесе Дэвида Генри Хвана, написанной по мотивам реальных событий, Кроненберг уже действует практически в русле прилежных драм об исторических несправедливостях. Французский дипломат (Айронс) влюбляется в диву Пекинской оперы, исполняющей главную партию в опере «Мадам Баттерфляй» Пуччини. Размышляя о разности менталитетов (дескать, для западного человека самопожертвование - это благо, а вот восток дело тонкое, там считают иначе), дипломат и сам не замечает как становится жертвой самоотверженности - дива (Джон Лоун) оказывается шпионом, исполнявшим женскую роль согласно многолетним традициями китайского театра. Канадца, впрочем, интересует не трагический финал, да и не политические хитросплетения, хотя именно тут снова возникает «но»: красной книжечкой Мао, произведенной на затюканном Западом Востоке, в какой-то момент начинают размахивать студенческие движения во Франции, превращая центр Парижа в подобие Пекина. Кроненберг предлагает найти излюбленную человечеством границу между своими и чужими, нарисовав ее на зыбучем песке. Фраза «Только мужчина может изобразить идеальную женщину» ломает десятки условностей и метко описывает театральный парадокс убер-патриархального китайского общества, который легко спроецировать и на просвещенное французское, наблюдающее за превращением Айронса в восточную женщину не без доли отвращения. Всю карьеру канадский режиссер показывал, что правила, традиции, догмы - не то, чем кажутся, что понятие нормы - укоренившийся в эпохе конструкт, и удивительно, что едва ли не лучше всего ему удалось это описать в фильме, где тело почти всегда сокрыто, где нет места для эффектных мутаций и завораживающе-тошнотворных эффектов.

Следом случилась еще одна большая (и скандальная) удача - «Автокатастрофа» по одноименному роману Дж.Г. Балларда про людей, способных испытать сексуальное удовлетворение только от вида корежащихся автомобилей и человеческих тел. Около восьми лет Кроненберг кружил вокруг романа, сначала отказавшись от экранизации, а потом неожиданно за неё взявшись. Особый приз жюри в Каннах, попытка запрета в США, мифы о том, что целое поколение американцев познало прелесть секса в автомобилях - таков противоречивый багаж культовой картины, как всегда повествовавшей не о том, что в ней можно увидеть буквально. «Автокатастрофа» запечатлела изменение статуса человеческого тела - теперь оно меняется не вследствие мистических обстоятельств или неудачных экспериментов, а по прихоти самих людей. Банальное «мое тело - мое дело», от которого отскакивают привычные табу (позже эту идею разовьют так называемые французские экстремисты во главе с Мариной де Ван, которая начнет поедать собственную плоть, являя метафору принятия и самопознания).

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Экзистенция (1999)

Вышедшая под занавес XX века «Экзистенция» закрепила взгляд Кроненберга, вероятно, уже не на новую, а на новейшую плоть. С одной стороны, - это сатирический научно-фантастический триллер про мир будущего, где люди подключают себя к виртуальной реальности при помощи специальных портов, проделываемых в спине чуть повыше ягодиц. С другой - классическая для конца тысячелетия история последних времен, война всех со всеми. Лозунг «Смерть видеодрому, вечная жизнь новой плоти!» сменился противостоянием реальности и дьявольской выдумки. Путешествуя вместе с персонажами Джуда Лоу и Дженнифер Джейсон Ли, зритель до конца не понимает, чья сторона - правая, чем агрессия «реалистов» отличается от методов «эскапистов». Попутно канадец остроумно подшучивает над моделями геймпадов и игровым сторителлингом, а также формулирует главную дихотомию века XXI, также озвученную в «Матрице»: беспомощный эскапизм против заскорузлого реализма.



Убийственный человек-паук (2000-е)

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Паук (2002)

В XXI век Дэвид Кроненберг вошел робко, с пары короткометражек - и только потом взялся за экранизацию романа Патрика МакГрата «Паук» - кафкианского триллера про полубезумного человека в нескольких слоях рубашек (Ральф Файнс), который пытается продраться сквозь лабиринт памяти к тому событию, которое свело его с ума. В истории МакГрата канадского визионера явно заинтересовало не только некое внешнее сходство с романами Кафки, да и не красивая рифма с «Мухой» (для полного комплекта ему осталось снять художественный ленту «Паутина»). Рассказав, как просто просто человека заставить играть по виртуальным правилам, Кроненберг обратился к природе насилия - и этот материал оказался идеальной отправной точкой для трилогии «Паук»-«Оправданная жестокость»-«Порок на экспорт».

Насилие дремлет в человеке, прячется как паучок, прикидывается спящим как ленивый котик, а потом потягивается, наносит неожиданный удар и прячется за кружевами паутины, ложных воспоминаний, самообмана. «Одежда делает человека… И чем меньше самого человека, тем больше требуется одежды», - говорит про Паука коллега-безумец, попадая в больное место - в уязвленное человеческое самолюбие, которое требует равновесия. Неважно какой ценой - хитроумным убийством или несколькими слоями рубашек.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Порок на экспорт (2007)

В «Оправданной жестокости» Кроненберг делает еще одно «впервые» - берется за экранизацию комикса Джона Вагнера и Винса Лока, посредственный черно-белый триллер про лихую молодость, попытку сбежать от прошлого и необходимость расплаты, где весь второй акт рассказывал, чем же на самом деле занимался Том Сталл (Вигго Мортенсен). Кроненберг эту банальность пресек на корню, фокусируясь на исследовании насилия во всех его проявлениях, а заодно сохраняя фирменную неопределенность, то самое «но», которое заставляет думать, что персонаж Мортенсена не таков, за кого его приняли (и отсутствие полноценного бэкграунда тут играет лишь на руку).

Еще одно принятие - уже необходимости насилия - происходит в стильном и слегка клюквенном триллере про русскую мафию «Порок на экспорт», сценарий которого написал Стивен Найт, автор сериала «Острые козырьки». «Порок» один из самых стильных (в некоем конвенциональном смысле) фильмов Кроненберга, завораживающий в первую очередь плотностью действия, татуировками с куполами, музыкой Говарда Шора (сотрудничавший с канадцем на почти двух десятках картин, начиная с «Выводка») и самоотверженной игрой Мортенсена с Венсаном Касселем. Первый, например, выдал одну из лучших сцен в карьере - во время драки в бане, когда обнаженный Николай Лужин (уморительная отсылка к Набокову), сверкая голой жопой, заборол несколько супостатов. Поводом же для насилия становятся вечные условия: Лондон, мертвая девушка, русский след. Актуально даже десять лет спустя.


Что еще нужно, чтобы встретить старость? (2010-е)

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Опасный метод (2011)

Сегодняшний Кроненберг лишь изредка напоминает о былом величии: сказалась и эволюция технологий, на тему которых он всегда фантазировал, и ставшая чуть-чуть менее трепетной общественная мораль (хотя ханжи, видит Ктулху, не переведутся никогда). Может даже показаться, что он стал логичным, вышел из гетто бодди-хоррора и венерических ужасов, но фокус, скорее, в том, что весь мир в это гетто залез.

«Опасный метод», основанный на пьесе Кристофера Хэмптона, ернически рассматривает триумвират человеческих стратегий поведения, которые олицетворяют ряженые и груженные учеными идеями Юнг (Майкл Фассбендер), Фрейд (снова Мортенсен) и Сабина Шпильрейн (жутко переигрывающая Кира Найтли), а также охочий до секса Отто Гросс (Кассель). Так Кроненберг, со всем миром приветствовавший конец света в 1999-м, осмотревшись в 2000-е, решил отправиться к началу начал - зарождению психоанализа и прочих теорий, из которых родились гомункулы, мутанты и пауки самого режиссера. Делать это путешествие патетичным Кроненбергу не позволило бы отношение как минимум к Юнгу (его стремление выстроить собственную религию канадцу максимально не близко), потому остался лишь фарс - формат юмора, канадцем ранее не охваченный.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Космополис (2012)

Следом пришло время «Космополиса» - экранизации подробного романа Дона ДеЛилло, размышляющего об ужасах капитализма (впрочем, Кроненберг никогда не чурался многословных и прямолинейных книжек, а ДеЛилло еще и ходит в видных постмодернистах). Присмотрев на главную роль артиста Паттинсона, которого люди со вкусом дружно презирали за съемки в «Сумерках», канадец снял историю про то, как человек срастается с успехом, как его «голый завтрак» перекидывается не на печатную машинку, а на здания, автомобили и даже людей - функции, номера в телефоне, не личности, а специалисты и мастера своего дела. И пока ненависть к этой структуре набухает снаружи, она же рождается и изнутри: тут, почти без всяких масок и эффектов Кроненберг напоминает о том, о чем говорил всегда. Человек ищет нестандартное, порочное, необычное - и сферический капитализм в вакууме как пример порядка ему не близок, более того - он ему противен, как противен любой «изм» (в том числе и «фрейдизм»). И пика это отвращение достигает в тот момент, когда мир вокруг стихает за окном роскошного лимузина, все говорят полушепотом, а твои мысли звучат настойчиво и громко.

Последняя на сегодняшний день лента Дэвида Кроненберга - красноречивая сатира на Голливуд «Звездная карта», дежурно извлекающая из звездных шкафов мании, фобии и страшные тайны, а в качестве уравновешивающего «но» демонстрирующая, что рвущиеся к славе (Миа Васиковска и снова Паттинсон) - ничуть не лучше. В Каннах картина получила приз за лучшую женскую роль (Джулианна Мур), а Голливуд с «Оскаром» снова сделал вид, что никакого Кроненберга не существует. За полувековую карьеру его картины удостоились одной статуэтки (за лучший грим «Мухе»), а также трех номинаций - Мортенсену за «Порок на экспорт», Уильяму Херту за «Оправданную жестокость» и сценаристу Джошу Олсену за её адаптацию. Кроненберг не растерялся и ответил, дескать, у нас давняя любовь. И хорошо. Спасибо. Слава богу.

Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Звездная карта (2014)

P.S. Пытаясь подчеркнуть важность Дэвида Кроненберга для мирового кинематографа, зачастую прибегают к неймдроппингу, перечисляя его наследников или тех, кто им восхищается. Ни кассовые сборы, ни премий важнейших киносмотров будто бы недостаточно - и это правда: идея более живуча, чем любые награды. Оттого важно, что Кроненберга котируют люди, олицетворяющие сегодняшний фестивальный ландшафт, - Оливер Ассайас, Клер Дени, Бертран Бонелло, Антонио Кампос. Синьи Цукамото, король японского киберпанка и отец «железного человека» (не комикс-версии), тоже родился явно не без влияния неистового канадца. Но если вдуматься, главный его наследник пришел из Греции - еще одной страны неоднозначной кинематографической биографии (хотя в 2000-е и случилась «новая греческая волна», кажется, начавшая спадать). Как и Кроненберг, Йоргос Лантимос (а это был именно он, как писали раньше в романах) прибегает к гротеску, чтобы превратить привычное в непривычное, обнаружить кариес принятия на веру там, где, казалось бы, все укреплено штукатуркой традиций и социальных договоренностей. Как и канадец, Лантимос заинтересован телесностью - пускай не в столь радикальных проявлениях. Наконец, самая удивительная рифма между ними - в охоте до подмены. В «Преступлениях будущего» Кроненберг заменил звуки на совершенно хаотичные, отчего ходьба могла напоминать журчание воды. Аналогичный фокус Лантимос проделал в «Клыке», где в одной отдельно взятой семье перепутались значения слов - и «зомби» обозначало цветок.

Подделать слои грима и упоение жестокостью - несложный фокус. Удариться в страшилки о технологиях, как Чарли Брукер с «Черным зеркалом», - тоже дело не из сложных. Но наблюдательность, отличающую подлинного визионера от теле-пророка, с рук не купишь. Вечная жизнь новой плоти!


Конкурс красоты человеческих внутренностей: 75 лет Дэвиду Кроненбергу
фото: Экзистенция (1999)

Подписаться на рассылку новостей
Поиск по меткам
Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники

Афиша кино >>

мистика, триллер
Испания, Россия, США, 2017
боевик, научная фантастика, приключения, триллер
США, 2018
мелодрама, музыкальный фильм
США, 2018
исторический фильм, музыкальный фильм
Великобритания, 2017
боевик, драма, криминальный фильм, триллер
США, 2018
фильм ужасов
США, 2018
боевик, научная фантастика, триллер, фильм ужасов
США, 2018
все фильмы в прокате >>