Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру мобильное меню

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?

31 октября
2020 год
 
 
 
 
 
2
4
5
6
7
9
10
11
12
15
17
18
19
21
22
25
26
28
 
 
 
 
 
 
3
6
7
9
11
12
13
14
15
16
19
20
21
22
24
25
26
29
30
31
 
 
1
2
3
11
13
14
15
16
21
22
23
25
26
27
28
29
30
 
 
 
 
2
3
4
5
7
9
11
13
15
17
19
20
21
23
25
27
28
30
3
4
5
6
8
10
14
15
16
17
18
20
21
22
23
24
26
27
28
29
30
 
 
2
3
4
5
6
7
8
12
14
15
16
17
19
20
22
23
25
26
27
28
 
 
 
 
 
1
3
4
9
10
11
12
14
17
19
20
23
24
27
28
29
31
 
3
4
5
7
8
11
12
14
15
16
17
19
20
21
23
25
26
27
28
29
 
 
 
1
2
3
4
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
19
20
23
24
25
26
29
31
 
 
 
 
 
 
2
4
5
6
7
8
11
12
13
14
15
16
19
20
21
23
24
25
27
28
29
30
Все рубрики

Мнение >>

И почему не нужно терять надежду

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: Постер фильма "Проигранное место"

В течение 2010-х в российском кинематографе наметился ренессанс хоррора — жанра, который долгое время считался маргинальным, и не заслуживающим серьезного внимания как зрителей, так и критиков. Хотя в 2000-е на экраны время от времени и выходили отечественные фильмы ужасов («Путевой обходчик», «ССД», «Фобос: клуб страха») по большей части они оставались единичными (и редко успешными) экспериментами. В последние годы, однако, произошли заметные перемены, причем не только количественные, но и качественные. Теперь в год часто выходит столько же фильмов ужасов, сколько раньше выходило за три или четыре — и поток, кажется, не собирается истощаться.

Что еще более важно, некоторые российские хорроры («Невеста», «Спутник») добились серьезных успехов на международных рынках. Наконец, хоррор все более активно проникает на телевидение («Не бойся», «Колл-центр»), причем и там оказался возможен глобальный прорыв: совсем недавно российский сериал «Эпидемия», появившийся на Netflix, удостоился хвалебных отзывов от Стивена Кинга.

Тем не менее, значительная часть снимающихся в России хорроров пока что отстает по кассовым показателям от прочих жанров и не может конкурировать с международными образцами. Более того, пока в зарубежном кинематографе хоррор стал вполне респектабельным жанром, в рамках которого возможны хорошо проработанные социальные комментарии, в России фильмы ужасов, кажется, продолжают восприниматься как сугубо развлекательный продукт, причем не самого высокого качества. В чем причины столь пренебрежительного отношения к фильмам ужасов, и что мешало складыванию российской школы хоррора — на Хэллоуин разбирается Дмитрий Соколов.


Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: кадр из сериала "Эпидемия"


Причина первая: историческая

В советском кинематографе хоррор как жанр практически отсутствовал, хотя снималось немало весьма популярных — как внутри страны, так и за рубежом — сравнительно жанровых фильмов: от шпионских триллеров и боевиков до признанных шедевров драмы и фантастики. Причина столь странного пробела заключалась в идеологии: господствовавшая в советском искусстве концепция социалистического реализма была ориентирована на рационализм — и рассматривала любые сверхъестественные элементы, равно как и демонстрацию насилия вне специфических контекстов (типа военного), в качестве признаков идейно чуждых — а то и враждебных.

С началом «перестройки» и падением цензурных барьеров, советские кинематографисты начали экспериментировать, создавая подчас странные жанровые гибриды, где самым причудливым образом переплетались фантастика, хоррор, приключения и даже фэнтези. Выглядело это все, мягко говоря, своеобразно, и легко могло бы стать особой категорией культового кино — стоит вспомнить хотя бы «Заклятие долины змей» (советско-польский проект в духе франшизы про Индиану Джонса) или «Час оборотня» (пожилой журналист становится алчущим крови вервольфом). И хотя кое-какие фильмы рубежа 1980-х и 1990-х вышли действительно впечатляющими — вроде «Прикосновения» или «Господина оформителя», — они были исключением в мутном потоке перестроечного и постсоветского трэша.

Слушайте подкаст о хоррорах Николая Лебедева и 90-х

Все это в значительной степени сформировало восприятие хоррора как заведомо низкопробного жанра, рассчитанного на маргиналов, и задержало формирование сколь-нибудь заметной хоррор-традиции в российском кинематографе. В результате в 1990-е российские фильмы ужасов возникли словно в пустоте — вокруг них не существовало какой-то устойчивой культурной среды, из которой они могли бы черпать вдохновение, равно как и не было традиции, на которую можно было бы опереться. Значение (и освоение) тех сфер массового сознания, которые могли бы стать источником сюжетов для хоррора, было определено значительно позже.

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: кадр из фильма "Господин оформитель"


Причина вторая: финансовая

Наиболее значительные финансовые средства на кинематограф в России продолжает выделять Фонд кино и Министерство культуры, за которыми стоит государство. И хотя строгих критериев отбора проектов для поддержки нет и некоторые фильмы ужасов даже получают господдержку, сложно заподозрить институции в симпатиях к хоррорам или триллерам. В чем-то их можно понять: хоррор в принципе рискованный жанр, заигрывающий с потенциально табуированными темами — даже многие частные инвесторы не рискуют с ним связываться. Однако во многих европейских странах (от Великобритании до Швеции) государственные структуры нередко помогают кинематографистам с бюджетом для создания жанровых картин, среди которых немало и фильмов ужасов.

В России же хоррор-проекты получили активную финансовую подпитку только в последние годы, что дало заметный результат: помимо возросшего числа местных фильмов ужасов в прокате, появились собственные телепроекты и даже отдельный канал, посвященный хоррору. Важный нюанс: речь идет именно о частных инвестициях, в то время как Фонд кино, как показывают недавно раскрытые данные, поддерживает в основном убыточные проекты.


Причина третья: культурная

Существующее до сих пор в России предубеждение против хоррора в чем-то напоминает снисходительное (порой граничащее с презрением) отношение к американским комедиям, которые воспринимаются как набор низкопробных гэгов, строящиеся, в основном, вокруг физиологии. Точно также фильмы ужасов представляются набором штампов, а комбинировать их можно как душе угодно — главное, напихать побольше жуткой музыки, скримеров, и эффектных кадров какой-нибудь подходящей локации: от одинокой избушки в темном лесу до подземных переходов на заброшенной ветке метро.

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: кадр из фильма "Русалка"

Ошибочность такого взгляда заключается хотя бы в том, что даже внешне прямолинейные жанровые фильмы состоят, во-первых, из очень большого набора шаблонов, а во-вторых, соединять эти шаблоны необходимо так, чтобы они максимально органично дополняли друг друга. Без этого сюжет превращается в бессвязную мешанину разных концептов: примеры «Фото на память» и, в меньшей степени, «ССД» говорят сами за себя. Главный же вызов заключается даже не в том, чтобы корректно произвести сборку фильма по жанровым лекалам, но в адаптации иностранных образцов под местный колорит.

Как представляется, именно это рецепт успеха тех немногих проектов, которые привлекли к себе внимание за пределами России. Тот же «Спутник» помещает типовый сюжет фантастического хоррора о заражении инопланетным организмом в специфически советский контекст, резонируя с темой «освоения космоса», прочно связанной с именем России как внутри страны, так и за рубежом. Чуть раньше «Невеста», ставшая хитом в латиноамериканских странах, использовала характерный для дореволюционной России обычай в качестве сюжетной основы стандартного мистического фолк-хоррора о столкновении современных людей с древними и зловещими традициями.

Читайте рецензию на «Спутник»
Читайте рецензию на «Невесту»

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: кадр из фильма "Невеста"

Примечательно, что выходящая на днях «Кольская сверхглубокая» тоже стремится (осознанно или нет) встроить боди-хоррор в популярную на Западе городскую легенду о «колодце в ад», прорытом советскими инженерами. Это правило работает и в обратную сторону. Стоит напомнить, что, например, слэшер — молодежный хоррор, переживший золотой век в 1980-х — возник в сугубо американской культурной среде, и его популярность за пределами США почти никогда не достигала уровня внутреннего рынка. По этой же причине многие российские проекты, которые вписываются в максимально широкие рамки категории «хоррор» — вроде «Гоголя» или новой версии «Вия» — произвели впечатление в России, но прошли почти незамеченными на международном уровне.

Читайте рецензию на фильм «Вий»

При всех перечисленных проблемах потенциал у российского хоррора, несомненно, существует. Даже можно очертить два основных направления его развития на ближайшие годы, опираясь на происходящее в жанре сейчас. Здесь важно помнить, что в России существуют два — очень разных, но в равной степени значительных — пласта хоррор-сюжетов, которые можно адаптировать не только для местного, но и международного потребления.

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: кадр из фильма "Вий"

Первый пласт — дореволюционная традиция, где ключевым автором можно назвать Гоголя. В советский литературный канон его сюжеты вошли как романтические вариации на фольклорную тему, что было обусловлено идеологическими причинами, но их колоссальный хоррор-потенциал пробивался даже сквозь толщу советской «народности». И вряд ли случайно, что самый знаменитый советский фолк-хоррор «Вий» (1967) эксплуатировал именно гоголевское наследие. И хотя первые попытки переоткрыть русскую хоррор-классику в начале 1990-х были чаще неуклюжими, в 2010-е многие авторы начали вновь обращать пристальное внимание на классическое наследие, переосмысляя его на современный лад.

Второй пласт — традиция советских городских легенд, которые возникли и массово распространились в позднем СССР, создавая почву для всевозможных сюжетов, где пересекались черный юмор, реалии «застоя» и специфические образы Жуткого, возникшие скорее в детском, чем взрослом воображении. Это наследие начинает разрабатываться лишь в середине 2010-х (дилогия «Пиковая дама»), но ее потенциал далек от истощения, о чем свидетельствует недавний анонс хоррор-сериала «Пищеблок» по Алексею Иванову, где тема пионерлагеря соседствует с вампиризмом.

В общем, российский хоррор находится в стадии становления, хотя скорость его развития — особенно по сравнению с прошлыми декадами — не может не впечатлять. Вряд ли хорроры в России станут площадкой для глубокой социальной критики или высказываний на злобу дня, однако потенциал создавать — пусть и нерегулярно — качественный продукт в России определенно есть. Насколько он будет использован — покажет время.

Пугать по-русски. Что не так с русским хоррором?
фото: кадр из фильма "Пиковая дама: Черный обряд"

Дмитрий Соколов
Поиск по меткам

Афиша кино >>

трагикомедия, экранизация
СССР, 1986
биография, военный фильм, драма, исторический фильм
Россия, 2019
детский фильм, приключения, семейное кино, фэнтези
Великобритания, США, 2020
научная фантастика, фильм ужасов
США, 2019
драма, спортивный фильм
Россия, 2020
биография, драма, комедия
Ирландия, Канада, 2017
драма, триллер
США, 2019
драма, экранизация
Россия, 2020
все фильмы в прокате >>
Кино-театр.ру на Яндекс.Дзен