Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру

Рецензии на фильмы >>

На Netflix вышел новый фильм Дэвида Финчера «Манк», рассказывающий о том, как Герман Манкевич писал сценарий, позже ставший «Гражданином Кейном» (1941) Орсона Уэллса. Алексей Филиппов рассказывает, сколько киноведческих споров скопилось вокруг этой истории и почему они только мешают разглядеть за формальной стилизацией и остроумием диалогов настоящую трагедию человека, сценария и многих финчеровских героев.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020)

«Невозможно рассказать всю жизнь человека за два часа. Можно лишь оставить впечатление о ней», — объясняет Герман Манкевич (Гэри Олдман) Джону Хаусману (Сэм Тротон) — потешному «прихвостню» Орсона Уэллса (Том Бёрк), назначенному бдеть, как идет работа над сценарием его полнометражного дебюта.

Слушайте подкаст о «Манке»

1940 год. Переживающая не лучшие времена студия RKO дает 24-летнему вундеркинду карт-бланш на съемки первого фильма: он и режиссер, и продюсер, и сценарист, и главная роль, и никаких правок с их стороны. Уэллс обращается к Манкевичу за помощью — в тот самый момент, когда президент гильдии острословов лежит в больнице, куда попал после нелепейшей автокатастрофы. Из-за мутящегося рассудка Манкевич представляет Уэллса если ли не дьяволом, то мрачным посланником судьбы. «Ну, конечно, вы», — только и успевает проговорить он, прежде чем вновь провалиться в сон.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020). Орсон Уэллс (Том Бёрк)

И вот Манк — в далеком прошлом бойкий журналист и театральный критик, еще недавно — острейшее перо Голливуда, сочинивший хотя бы реплику чуть ли не для каждого шедевра студии MGM (например, премьерного «Волшебника страны Оз»), — лежит на ранчо в Викторвилле, штат Калифорния. На кухне суетится безмолвная сиделка-немка Фрида (Моника Гроссманн), возле кровати стоит руки по швам англичанка-машинистка Рита (Лили Коллинз), чей муж на истребителе «Хоукер Харрикейн» уже летит по грозовому небу Второй мировой. Хаусман заскакивает изредка узнать, как дела, в безопасности ли дедлайн, и многозначительно посматривает на ларец с алкоголем, к которому Манкевичу прикасаться крайне нежелательно. Впрочем, Уэллс застраховался и тут — в маленьких аккуратных баночках, похожих на тару для целебного зелья, — снотворное, чтобы сценарист если и проваливался в дурман, то не чисто алкогольный. Манкевич что-то мучительно сочиняет, параллельно вспоминая последние десять лет в Голливуде, вокруг него и во дворце Уильяма Рэндольфа Херста (Чарльз Дэнс), с которого во многом и будет списан будущий герой — Чарльз Фостер Кейн с его замком-мавзолеем Ксанаду. Поэтому, по одной из версий, Уэллс и пришел именно к Манкевичу, чтобы тот напитал скопившимся ядом будущую драматургию. Не самый дикий ход для шоумена и режиссера, объявившего по радио, что началась война миров (в рамках постановки Герберта Уэллса) или совместившего «Макбет» с магией вуду.

Читайте портрет Орсона Уэллса
Читайте рецензию на «Другую сторону ветра»

История создания «Гражданина Кейна» окутана таким плотным туманом версий и апокрифов, что будь фильм тем самым Ксанаду, его было бы не разглядеть и с двух шагов. Сам Орсон Уэллс так стремительно обратился без всякого грима в легенду, что уже 30 лет спустя увидеть в нем человека мог лишь он сам. Что режиссер и попытался сделать, болезненно развенчивая миф о всемогущем авторе в посмертной и квазиавтобиографической ленте «Другая сторона ветра», которая вышла в 2018 году тоже на Netflix — через 33 года после смерти режиссера. Картину заканчивал Питер Богданович — живой классик, товарищ и частый собеседник Уэллса, выпустивший книгу интервью «Знакомьтесь, Орсон Уэллс», переполненную упоительными байками.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: На съемках «Манка» (2020)

Про «Кейна» их тоже наберется на целую книжку: оператор Грегг Толанд, де, рассказывал, что в каждой сцене ходил за самоуверенным юнцом и правильно выставлял свет, а в 1971 году влиятельнейшая критикесса Америки Полин Кейл написала исполинское эссе, почти монографию, «Воспитание Кейна», где называла «Гражданина» всего лишь продолжателем коммерческой комической традиции и ревностно отстаивала права покойного уже Манкевича на сценарий.

Считается, что Уэллс не хотел включать сценариста в титры согласно первоначальному контракту (да и вообще тогда сценаристы часто обходились без титров); Кейл 30 лет спустя настаивала, что режиссер не написал ни строчки, а попросту пытался присвоить чужую работу — как порой случается с обаятельными, талантливыми и не слишком чуткими к чужому труду людьми. В особенности в Голливуде, тем более — времен Великой депрессии, когда продюсерское кино еле-еле сдавало позиции так называемому режиссерскому или «авторскому».

Эту сюжетную линию можно продолжать бесконечно: сама Кейл присвоила для статьи исследования Говарда Сабера, а Богданович выступил с ответным письмом, где угадывается интонация Уэллса, и описал сценарий Манкевича как роман, который требовалось обтесать под большой экран, — но все эти киноведческие или даже детективные выкладки, заслуживающие отдельного цикла статей, книги или сериала на шесть сезонов, вряд ли по-настоящему помогут понять и полюбить «Манка».

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020). Луис Б. Майер и братья Манкевич

Как и регалии кого-либо из участников: Мартин Скорсезе и Пол Томас Андерсон многому учились у Уэллса, Годар твердил, что кино всем ему обязано, а Андрей Тарковский из всех американских фильмов уважал лишь два — «Гражданина Кейна» и вышедшую в тот же год «Табачную дорогу» Джона Форда, про которую сегодня мало кто вспомнит. Эффектный набор свидетелей, но неймдроппинг — это всего лишь красиво и набивает цену.

Читайте портрет Дэвида Финчера

Прибегает, правда, к нему и сам режиссер Дэвид Финчер, «зазвавший» в новую картину и Мэрион Дэвис (Аманда Сейфред), возлюбленную Херста, и режиссера-карьериста Джозефа Манкевича (Том Пелфри), брата Манка, и главу MGM Луиса Б. Майера (Арлисс Ховард), куда без него, и легендарного Дэвида О. Селзника (Тоби Леонардо Мур), и продюсера-вундеркинда Ирвинга Тальберга (Фердинанд Кингсли), сгоревшего до 40. Примечательно, что для ретро-аттракциона практически не позвали кинозвезд старого Голливуда — и дело не в том, что они не влезли бы в 135-минутный фильм Финчера — первый за шесть лет.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020)

Сценарий, как водится, лежал еще дольше: покойный Джек Финчер (в титрах — единственный автор), отец режиссера, сочинил историю про Манка еще в 90-х, и тогда на главную роль могли претендовать Кевин Спейси или Майкл Дуглас. Ранее Финчер-старший поучаствовал в написании «Авиатора» (его драфт отвергли), а большую часть карьеры, как и Манкевич, занимался журналистикой в Life. Отсюда, как уверяет в интервью режиссер, его уважение к слову. Не к фактам — как его неоднократно пытаются подловить в рецензиях (например, тут или здесь), а именно к слову. Не только к пламени речевок в духе Аарона Соркина, который недавно на Netflix же выпустил «Суд над чикагской семеркой», а десять лет назад написал «Социальную сеть» для Финчера, а к слову как самодостаточному персонажу.

Читайте рецензию на «Суд над чикагской семеркой»

Прозвище Манк, используемое чаще еврейской фамилии Манкевич, тоже напоминает название издания, студии или какого-то бренда. Им отчасти и становится Манк в фильме, попутно воплощая то неловкое чувство, когда в некоторой могущественной иерархии ты одновременно так высоко и так низко, что землю трудно отличить от грозовых туч. Вместе с тем прозвище-хлопок «Манк» указывает на усечение личности — емкое впечатление о его жизни, как говорит Манкевич-Олдман. Был Герман Манкевич — и кончился от почечной недостаточности на почве алкоголизма. Что осталось? Имя в титрах «Гражданина Кейна» (в десятках других работ он даже не упомянут), «половина» «Оскара» за лучший сценарий (разъяренный Херст порушил прокат картины, а академики при девяти номинациях не решились отметить в фильме что-то еще) да биографии, мифы, апокрифы и вот теперь — художественный фильм, жонглирующий фактами отнюдь не с целью сделать Mank great again.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020)

«Манк» — фильм с ускользающим героем.

Это точно не картина о том, кто же в итоге написал «Гражданина Кейна» — отправная точка и финальная версия деликатно спрятаны в затемнении, отсечены от повествования монтажной склейкой. Это не совсем фильм про примечательную личность, поочередно носившую маски мужа-трудоголика, которого от большой любви и благодаря вечным шуткам терпела жена Сара (Таппенс Мидлтон), воспитывая в одиночку двух детей; мастера остроумной импровизации, который в компании сценарной группы пытался продать Селзнику, скептичному к хоррору, «Франкенштейна» для умных» — чисто по приколу; циника, но с представлениями о чести: во время выборов губернатора Калифорнии ставит на несбыточную победу социалиста Эптона Синклера, написавшего роман «Нефть» (его экранизировал ПТА) и призывавшего покончить с бедностью в Калифорнии, — чтобы невольный совет Тальбергу использовать «фабрику грез» как «машину пропаганды» не оказался ему оплачен погашением давнего долга; донкихотствующего шута-интеллектуала, который кладет в одну корзину методику Херста, Голливуда и Геббельса с их властью медиа; наконец, поточного автора, который ухватился за историю всей жизни — в прямом и переносном смысле, — а потому желавшего и упоминание в титрах, и столько страниц, сколько поместится у него в голове. Если бы рецензию на «Манка» писали в 1930-е, вероятно, там была бы такая строчка: «Тот, кто хотя бы в паре сцен не узнал себя в Манке — либо счастливец, либо глупец».

Однако «Манк» — это фильм про сценарий. Разговора, вечера, политической кампании, судьбы, заполошного сна, обрубка памяти, тоста («Манк» — это еще и отличный тост, почти шведский skol). Ода словесному кружеву, в котором вырисовываются и прототипы, и пародии на них, и фантазии, и упущенные возможности, и подслушанные разговоры, и удачно подвернувшиеся колкости, и шутки, пришедшие, как это случалось у Амели Пулен, опосля. Актерам здесь не место — их черед наступает не в момент «сотворения мира», ворлдбилдинга, как сказали бы сегодня, а несколько позже. Для «Манка» важнее показать, сколько факторов — от Великой депрессии до огурчика — влияет на создание истории, как формируется личность печатных страниц (ну или «оставить впечатление о ней»).

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020)

Вряд ли перфекционист Финчер, заставивший фильм звучать как в 1930-е, подрезав верхние частоты, из сыновьих чувств «прозевал» рыхлость сценария или поленился более тщательно стилизовать видеоряд под цайтгайст, оставив скорее ауру, «ощущение эпохи» — например, в навязчивых «сигаретных ожогах», без особого старания выдающих цифру за пленку.

Уже открывающие титры с надписью «Гэри Олдман в фильме «Манк», возникающие на фоне облачного неба под музыку Резнора и Росса, метивших в саундтреки 1930-х, смотрят куда-то вбок — не на зрителя, но кого-то более важного. Германа Манкевича ли, или Джека Финчера, а может, и того, кто придумал мир без упрощений, но не способен сопротивляться машине Голливуда или напористому таланту «золотого мальчика» Уэллса, плодящего мистификации и мечтающего о съемках «Сердца тьмы» (в фильме — всего лишь о роли в экранизации).

Ведь в итоге Кейн — однофамилец человека, придумавшего Бэтмена, благородного капиталиста, спасающего город кулаками и деньгами, — это не только Херст, но и сам Уэллс. А в галерее его бывших друзей, соратников и возлюбленных можно узнать кого угодно, кроме Манкевича, который — если соотносить «Гражданина» и «Манка» — протащил в сценарий и зоопарк Херста, и его любовь к опере, и знающую себе цену «певичку» Дэвис, показанную в фильме настолько наивной, насколько о ней принято думать, и гэг про «розовый бутон», в котором одни видят намек на пламя революции в США, другие — ласковое прозвище гениталий Дэвис, третьи — просто утраченное детство.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020). Мэрион Дэвис (Аманда Сейфред)

Самую трагическую сцену «Кейна», где умирающий титан роняет снежный шар с последними словами, Финчер заземляет аналогом — выпадающей из рук Манкевича бутылочкой с алкоголем. Он вообще развеивает обаяние старых образов («магии кино») и многих титанов эпохи (все герои повествования как на подбор — харизматики, но Манк-Финчер видят их без пионерских розовых очков), а режиссерский арсенал растрачивает на буквалистские сцены, которые на бумаге выглядят лучше, чем в кино. Вот Манк пытается буквально «остановить город» декораций, которые сопровождает отъезд Мэрион Дэвис с MGM; вот оказывается слишком близко у камина во время пламенного диалога, не чуя жара огня; вот его торжественно рвет рыбой и белым вином («Не переживайте, они хорошо сочетаются») в параллель с тем, как самого сценариста, наблюдающего Великую депрессию с лучших мест, начинает тошнить словами посреди пира во время чумы в поместье Херста.

Если «Гражданин Кейн» с его романной и нелинейной структурой прикидывался журналистским расследованием, то «Манк» стремится быть ближе к сценарию, чем к фильму. Отсюда бесконечные титры с указанием натуры и времени суток. Внимание не столько к иллюстрациям, сколько к пунктуации, которой служат редкие наплывы и многочисленные затемнения.

Реальный Манкевич — со слов Богдановича — обвинял Уэллса в несоблюдении стандартов киносъемки: «очень слабо передано действие», — писал он. Дэвид Финчер за последние десять лет ушел от радости экшна (начиная с «Зодиака») к электризующей неспешности процесса, замене эффектных жестов на порой обманчиво лобовые образы (вроде бесконечных дуэтов мудрый-юный напарник, разрушения четвертой стены в «Карточном домике», панической атаки в первом сезоне «Охотников за разумом»).

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020)

Финчер понял, что образ всесилен, пока не наречен, что авторская или режиссерская суперсила, она же — магия кино, — как раз в недоговариваемом прямым текстом. Сценарий этого трикстерского дара лишен, зато дает читателю возможность самому придумать обстоятельства, крупности, увидеть в буквах предчувствие беды. По сути, предлагает бесплатный фильм — что в контексте классовой линии и личного конфликта Финчера со студийной и капиталистической системой — немаловажно.

Читайте рецензию на второй сезон «Охотника за разумом»

Например, увидеть трагедию истершегося человека, который в голливудские времена выглядел настолько одинаково измученным, что хоть в 30, хоть в 40 лет его может без грима изобразить 60-летний Гэри Олдман (актрисе Мидлтон, играющей его жену, правда, в два раза меньше). Да, под почти несмолкающий аккомпанемент острот. Да, в слегка эстетском лимбе сценарного поиска, припорошенного черно-белым ретро, но без лишних выкидонов (только в сцене выборов Финчер позволит себе олдскульное пижонство — и то как оммаж «Гражданину Кейну»).

Читайте о лучших ролях Гэри Олдмана

Есть присказка, что хорошие актеры по ролям смогут разыграть и телефонный справочник. Дэвид Финчер максимально приблизился к тому, чтобы не столько показать, как здорово артисты умеют читать текст и эмоционировать, но как слова из воздуха переносятся на бумагу, как мутируют мысли и образы, как слово может быть живым и мертвым.

Это не самое легкое зрелище, теряющееся за сложной структурой, мнимой требовательностью к киноведческим познаниям, сконцентрированной жизнью и судьбой Манка, игрой слов на английском, французском и идише, а также за упоминаниями Шекспира и Дон Кихота, коим Манкевич якобы видит молодого Херста, а на самом деле — себя: журналиста в стране мотивирующих вымыслов.

«Манк» Дэвида Финчера: Даю слово
фото: «Манк» (2020)

Это профессиональный поток сознания. Точнее — множества сознаний: как и рождается кино, которое сложно вытянуть в одиночку, даже если ты на все руки мастер вроде многостаночника Стивена Содерберга или мамблкор-гуру Джо Сванберга. Только рефлекторная хватка Манкевича и Финчера не позволили этому потоку вырваться из берегов.

Читайте портрет Стивена Содерберга

Может быть, и к добру, хотя любимые персонажи режиссера — те, кто остался у разбитого корыта, но с надеждой найти путь к себе. В небоскребе с видом на конец света; с многомиллионным стартапом для коммуникации между людьми, но с разбитым сердцем. «Манк» заканчивается «Оскаром» за труд, в котором Герман Джейкоб Манкевич 327 страниц искал себя, описывая противного ему идеального американца (черновое название сценария — «Американец»).

Так и фильм Дэвида Финчера как будто вывернут наизнанку, показывая стежки гобелена («Гражданина Кейна»), а не пытаясь мериться с ним в величии. Издеваясь над форматом байопика, где обычно «Оскар» в финале — это хэппи-энд. Манкевич, как и другие герои Финчера, не получил желаемое — только сценарий желаемого: титр и болванчика. Вряд ли это вообще соизмеримо с той жизнью, болью и отвращением к индустрии и миру, которые он пропускал через себя десятилетиями. Сценарий обречен проигрывать жизни и мутировать на стадии фильма. От этого запросто можно рехнуться — или направить свое перо против ветряных мельниц. Манк!


Поиск по меткам

Афиша кино >>

биография, мистика
Италия, Франция, Бельгия, 2020
боевик, приключения, фэнтези, экранизация
США, 2020
детектив, криминальный фильм, мистика, триллер
Канада, 2018
боевик, научная фантастика, триллер, фэнтези
США, Канада, Германия, Япония, Китай, ЮАР, 2021
фильм ужасов
Швеция, 2020
драма, комедия, мелодрама
Германия, 2020
детский фильм, приключения, семейное кино, фильм ужасов, фэнтези, экранизация
Канада, 2017
комедия
Россия, 2021
драма, мелодрама, экранизация, эротика
Бельгия, Франция, 2020
все фильмы в прокате >>
Кино-театр.ру на Яндекс.Дзен