Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру

Спутник телезрителя >>

Экранизация повести Захара Прилепина как пресная метафора необратимости истории

«Восьмерка»: Вечный двигатель

Грязная, некогда белая «восьмерка» утрамбовывает снег, выписывая восьмерку бесконечности посреди белоснежного поля. Рядом бежит лихой русский человек - омоновец Герман. Колеса крутятся. Герман бежит. По рельсам несется поезд. Кулак врезается в скулу. Кровь течет по щеке или подбородку. Небитый битого мурыжит. Или наоборот. Денег не было и нет. Происходит смена поколений, эпох, но ничего не меняется, все продолжает дрифтовать на месте, как окруженная сугробами «восьмерка».

Декабрь 1999 года. Четыре друга-омоновца с говорящими кличками Грех (Артем Быстров), Шорох (Павел Ворожцов) и Лыков (Александр Новин), а также главный герой Гера (Алексей Манцыгин) сдерживают недовольство рабочих на загибающемся местном заводе, ходят по ночам в клуб и постоянно дерутся с местными бандитами. Гера влюбляется в Аглаю (Вильма Кутавичюте), пассию местного авторитета Буца (Артур Смольянинов). Бесконечные драки с криминалитетом превращаются в мутную историю Ромео и Джульетты: у Геры появляется мечта о каком-никаком светлом будущем со строптивой и холодной Аглаей, с которой Буц тоже надеется завести ребенка и устроить нормальную семью.

«Восьмерка»: Вечный двигатель

Планы останутся планами, а бег на месте тут, как в песне Высоцкого, - общепримиряющий. Внутри «Восьмерки» вращаются десятки повторяющихся шестеренок, которые с одного ракурса похожи на метафору русского быта, с другого - на сравнительно достоверный портрет страны, которая куда-то ухнула одним зимним вечером, когда куранты собрались бить двенадцать, а первый президент России с узнаваемым говором произнес сакральное: «Я устал, я ухожу». Полноватые женщины осели на табуретках, оливье покрылся холодной коркой, а впереди начало вырисовываться то ли счастливое, то ли мрачное будущее, определение которому трудно дать даже из наступившего 2014-го. Фильм Алексея Учителя не дает оценок, а молча фиксирует поэтизированную быль, описанную в отчасти автобиографической повести Захара Прилепина, которую перековал в сценарий Александр Миндадзе (сам Прилепин мудро отказался, но вместе с Учителем они составили трио, занимавшееся адаптацией произведения).

В кинотеатральном варианте живая и пульсирующая повесть о молодости превратилась в историю любви, оду дружбе, мрачное напоминание о цикличности истории и гортанную песнь уже не о поколении дворников и сторожей, но о боевитых парнях в униформе и кожаных куртках, которые похожи, словно близнецы, хоть и разбросаны по разные стороны баррикад. Под капотом «Восьмерки» слышен гул пассивной и латентной гражданской войны: когда ОМОН схлестнулся с невооруженной и неумелой в драке толпой рабочих, одному из квартета главных героев разбивает губу отец. Сохранив сюжетную канву, Миндадзе переписал финал, некоторые отношения между персонажами и вывел любовную линию между Герой и Аглаей, которая у Прилепина была робкой фантазией, уютно зародившейся в голове Германа, но так ни во что настоящее и не вылившейся.

«Восьмерка»: Вечный двигатель

«Восьмерка» Учителя в каком-то смысле выворачивает повесть наизнанку, демонстрируя, насколько преходяще и изменчиво то, что в первоисточнике описывалось как вовсе недоступное. Пережив многочисленные удары судьбы и разочарования, Гера не видит смысла куда-то бежать: «…всюду - огромная земля, на ней лежат камни и разное железо, а сверху над землей небо, а за ним еще небо, и вообще черт знает что - и ты вообще один тут. Ну, то есть, нет никаких друзей толком, даже матери нет - торчишь один, смешной, как вафельный стаканчик, даже еще смешнее… Один!» Никакого мушкетерства, никакой большой чистой любви и никакого миллениума. Драки сменяются диалогами в холодных интерьерах квартир и клаустрофобической кабине «восьмерки», насилие порождает еще большее насилие, а упорядочить «опричную злобу» не получается ни ответными ударами, ни взятками губернатору, ни увещеваниями командира (Сергей Пускепалис) о том, что омоновцы – «государевы люди».

«Восьмерка»: Вечный двигатель

Наиболее объемно тут выписан криминальный авторитет Буц, обремененный мотивацией, переживаниями и даже страхами, остальные прилепинские персонажи превратились в функции, малые натуральные числа, которые замешаны в бесконечную формулу хаоса (это и про них емкое самоопределение Германа из повести: «На меня смотрело лицо с глазами, ничего не отражалось в моем отражении»). Центральный квартет, на роли которого Учитель специально искал не очень известных актеров, аутентично смотрится в строю и толпе массовки, но меркнет в соседстве с актерами второго плана - Смольяниновым, Пеговой, Пускепалисом. У этих «братьев» нет в голове ни «Наутилуса Помпилиуса», ни рефлексии «а в чем же сила», только условные рефлексы и чувство локтя.

Живой нерв повести ушел, история молодости превратилась в пресную метафору необратимости, тленности и закольцованности истории, которая выглядит актуальным и емким комментарием, что к современным событиям, что к последним дням XX века, маркерами которого служат «Голубая Луна», «восьмерка» и Чеченская война, с которой вернулся квартет главных героев. Картина Учителя оказалась не такой жесткой и сложной на уровне конфликтов как спродюсированный им «Майор» Юрия Быкова, но она вписывается в контекст заснеженных размышлений-предостережений «Роли» Константина Лопушанского и «Трудно быть Богом» Алексея Германа.


фильмы
Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники

МирТесен

Афиша кино >>

драма, криминальный фильм, триллер
Дания, Франция, 2013
боевик, комедия, шпионский фильм
Франция, Бельгия, 2020
драма, мелодрама, экранизация
Германия, 2019
мистика, триллер
Южная Корея, 2020
психологический триллер
США, 2020
драма, триллер, экранизация
Италия, США, 2019
триллер
Беларусь, 2020
фильм ужасов
США, 2020
Россия, 2020
комедия, криминальный фильм, фильм о животных
Южная Корея, 2020
комедия
Франция, 2019
драма, экранизация
США, 2020
все фильмы в прокате >>
Кино-театр.ру на Яндекс.Дзен