Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру мобильное меню

Премьера «Астерикса»

Хроника кино >>

23 января в кинотеатре «Октябрь» состоялась премьера фильма «Астерикс на Олимпийских играх». В шоу, посвященном новой картине о похождениях популярных героев французских комиксов, участвовали звезды отечественных кино и эстрады Вадим Галыгин («Комеди-клаб»), Эвелина Бледанс, Михаил Богдасаров, Константин Крюков, Михаил Грушевский, Дарья Мороз и другие. Жерар Депардье, Ален Делон и другие актеры, сыгравшие в фильме, заговорили у нас голосами Вадима Галыгина, Владимира Турчинского, Андрея Фомина, Тины Канделаки, Анфисы Чеховой и участников группы «Дискотека Авария».
50 лет до Рождества Христова. Вся Галлия под властью Римской Империи. Одна деревня продолжает героическое сопротивление, ведь ее жители уверены в собственной непобедимости.
Уже несколько месяцев сердце Полюбвикса бьется только ради греческой принцессы Ирины. Но, увы, он не единственный претендент на ее руку. Большая политика предназначила Ирину в жены Бруту, сыну Юлия Цезаря. Чтобы оттянуть нежеланный брак и дать шанс Полюбвиксу Ирина объявляет, что выйдет замуж за победителя Олимпийских Игр.
И вот тут в дело вступают Астерикс и Обеликс, готовые помочь своему земляку победить в состязаниях и обрести любовь…

Начало
Все началось с детской мечты. Продюсер Тома Лангманн уже давно хотел сам снять «Астерикса»; кроме того, именно он стоял у истоков современной экранизации приключений маленького галла. Будучи большим поклонником знаменитых комиксов Госинни и Удерзо, он всегда был уверен в успехе экранизации. О том, что из этого вышло, знают все: в 1999 году Клод Зиди снял фильм «Астерикс и Обеликс против Цезаря», который посмотрели более 9 миллионов французских зрителей. Картину «Астерикс и Обеликс: Миссия Клеопатра», поставленную Аленом Шаба в 2002 году, увидели уже почти 15 миллионов французов. Когда третий проект, «Астерикс в Испании», потерпел неудачу, Тома Лангманн, при поддержке своей компании La Petite Reine, и Pathé Entertainment решил взяться за Астерикса самостоятельно.
Он быстро определился с материалом, выбрав для экранизации «Астерикса на Олимпийских играх».
«Дело в том, что это самые зрелищные, а, следовательно, самые «кинематографичные» приключения Астерикса, - объясняет Лангманн. – И потом, благодаря особенностям сюжета можно было задействовать актеров из разных стран. Это облегчало поиск партнеров для совместного производства, особенно в Европе. Кроме того, это был идеальный материал и для комедии, и для пеплума в стиле «Бен Гура» или «Спартака», и просто для приключенческого фильма».
Однако прежде чем обратиться с предложением к Альберу Удерзо, Лангманн решил поработать над сценарием. Вполне естественно, что он сам присоединился к группе сценаристов – Оливье Даза, Александру Шарло и Франку Манье – задав две сюжетные линии в дополнение к уже существовавшей истории. Это противостояние между Цезарем и его приемным сыном Брутом, который спит и видит себя на месте Цезаря, и история любви молодого галла и греческой принцессы.
Параллельно с работой над сценарием, Лангманн начал задумываться об актерах. В роли Юлия Цезаря он с самого начала видел Алена Делона, а в роли Брута – Бенуа Пульвордэ, предвкушая сцены, в которых живая легенда и непредсказуемый бельгийский комик столкнутся друг с другом. Кроме того, он захотел найти нового Астерикса, вдохнув тем самым новую жизнь в дуэт Астерикса и Обеликса. Несколько месяцев спустя Кловис Корнийяк принял этот вызов. Еще Лангманн придумал подобрать на роли второго плана европейских актеров, пользующихся популярностью в своих странах, и привлечь к съемкам легендарных спортсменов, чье присутствие на экране подчеркивало бы привлекательность затеи.
В качестве режиссера Лангманн выбрал Фредерика Форестье, которому он уже однажды доверил съемки картины «Полный привод» (Boulet), приключенческой комедии с Жераром Ланвеном, Бенуа Пульвордэ и Хосе Гарсия. Однако на этот раз Лангманн тоже решил попробовать себя в режиссуре:
«Я слишком глубоко погрузился в создание фильма и уже не мог остановиться!»
Имея на руках готовый сценарий, удалось заручиться согласием Альбера Удерзо (впоследствии он также приложил свою руку к сценарию), потом откликнулись Ален Делон и Бенуа Пульвордэ, и все завертелось. Благодаря огромному энтузиазму продюсера за короткое время удалось найти средства для съемок фильма, ставшего одним из самых дорогих проектов в истории французского кино.
Подготовительный период
Осмотрев множество мест в Европе и Северной Африке, кинематографисты остановили свой выбор на новой студии в испанском Аликанте, который часто называют «городом света» (La Ciudad de la luz). Там и были отсняты 95% фильма. Помимо благоприятных финансовых условий, идеального климата и развитой инфраструктуры, там обнаружились замечательные места доля натурных съемок – нетронутые цивилизацией огромные пространства над морем, где можно было построить одну из главных и, наверное, самых величественных декораций за всю историю французского кино – олимпийский стадион. Его дизайн был поручен Алине Бонетто, верной соратнице Жан-Пьера Жене, работавшей с режиссером еще на «Деликатесах». Именно она была автором удивительных декораций к «Долгой помолвке» (за которые она получила своего второго «Сезара» и была впервые номинирована на «Оскар»).
Однако на съемках «Астерикса…» Алина оказалась не единственной сподвижницей Жене: художником по костюмам стала Мадлен Фонтен (номинация на «Сезара» за «Амели» и «Сезар» за «Долгую помолвку»).
«Когда пускаешься в такую авантюру, – говорит Тома Лангманн, – необходимо, чтобы тебя окружали только самые лучшие». Таким образом, оператором картины стал Тьерри Арбогаст, сотрудничавший с Люком Бессоном и Жан-Полем Рапно. Тот же принцип касается гримеров (Т. Фольвик и К. Майяр), парикмахеров (Гислен Тортеро) и т.д. Ну и, конечно же, спецэффекты, необходимые для того, чтобы и показать все своеобразие комикса, и придать еще больший размах декорациям (впрочем, и без того весьма внушительным для французского кино).
Более пяти месяцев, с декабря 2005 по июнь 2006, подготовка шла полным ходом. Продюсерам удалось найти финансирование, заручившись поддержкой немцев, испанцев и итальянцев. Алине Бонетто и Мадлен Фонтен пришлось проделать огромную работу с источниками. Они с головой погрузились в исторические монографии, альбомы по искусству и, разумеется, комиксы. Трудность заключалась в том, чтобы найти верный тон: не изменить духу комиксов, сохраняя при этом реалистичность, передать юмор, не скатываясь в карикатуру. По словам Алины Бонетто, сначала нужно было «воссоздать приметы эпохи, а уже потом, как и полагается в комиксах, позволять себе различные вольности».
Алина Бонетто дала волю своему воображению при создании колесниц, задействованных в состязаниях. Да, вряд ли кто-то ожидал увидеть подобные средства передвижения! К примеру, блестящая красная колесница, которой управляет Михаэль Шумахер, больше напоминает гоночный болид «Формулы 1» из знаменитой итальянской «конюшни», нежели колесницу времен античности! Кроме того, все колесницы были созданы совместно с мастерами по спецэффектам Ивом Доменжу, Оливье Глезом и Жан-Батистом Бонетто, так называемыми «Версальцами» (Les Versaillais) (кстати, они тоже сотрудничали с Жене, который, собственно, и дал им это прозвище). Дело в том, что колесницы должны были не просто двигаться (ими управляли каскадеры, прятавшиеся в ногах у актеров), но и ехать на одном колесе, терять другое, и т.д.
Разумеется, самым серьезным испытанием для художника-постановщика стал олимпийский стадион.
«Сначала мы хотели построить две разные декорации: стадион для обычных соревнований и ипподром для скачек, однако потом я решила сделать единое пространство, которое можно было бы легко трансформировать», – рассказывает Алина. Остановившись на этой идее, она сделала макет, благодаря которому уже можно было обсуждать с режиссерами отдельные мизансцены. Таким образом, она придумала разделить стадион на две части для съемок бега или метания копий. Зато во время состязания колесниц потребовалась вся арена, длина окружности которой составляла 265 метров. Благодаря этому удалось сэкономить средства и в то же время создать поистине величественные декорации.
Если на этапе подготовки французская группа декораторов состояла примерно из двадцати человек, то более пятидесяти мастеров были наняты постановщиком с испанской стороны, чтобы построить сам стадион. Больше половины столяров, маляров, штукатуров и т.д. приехали из Мадрида и Барселоны. На строительство стадиона ушло три месяца.
«Для такой декорации это немного, – говорит Алина Бонетто. - Чтобы все получилось, необходимо было работать очень быстро и слаженно». При этом требовалось предусмотреть множество нюансов: стадион должен был выглядеть реалистично, но при этом его нельзя было строить «по-настоящему». Кроме того, он должен был выдержать полгода съемок, несмотря на шквалы морского ветра, высокую влажность и изнурительную жару, царящую в Аликанте в августе.
Результат превзошел все ожидания: особенно если учесть, что построена была только часть рядов (остальные добавили с помощью компьютера). Итогом стало красивое и величественное сооружение, от которого не отказался бы и в Голливуде!
«Я сам наблюдал, как Делон, повидавший немало на своем веку, взошел на трибуну, посмотрел на стадион и некоторое время ошеломленно молчал, - вспоминает главный ассистент Кристоф Вассор. – Когда приехал Депардье, с ним случилось то же самое». Бенуа Пульвордэ выразился так: «Снимаясь в подобных декорациях, чувствуешь себя не менее счастливым, чем зрители, которые все это увидят в кино».
Помимо стадиона, требовалось создать еще около двадцати крупных декораций. Во дворце греческого короля Салагаса нужно было установить восьмиметровую статую и королевскую ванну, размерами с хороший бассейн! «На экране это выглядит еще более внушительно, – говорит Алина Бонетто, – поскольку во время постпродакшн благодаря компьютерным спецэффектам появились дополнительные этажи, террасы, сады, колоннады и т.д.».
В то же время, в этом мире, более масштабном, нежели реальный, все продумано вплоть до мельчайших деталей – даже дверные ручки, даже самый маленький фриз на стене! На стадионе и во дворцах находится множество самых разных статуй – от точных копий античных образцов, до самых невероятных фигур, от атлетов и грифонов до Делона в роли Цезаря во всевозможных позах – не говоря уже о Пульвордэ-Бруте, обнимающем Ирину, в то время как у их ног распростерлась туша убитого льва!
Перед художником по костюмом задача стояла тоже непростая: нужно было действовать с огромными скрупулезностью, сохранить историческое правдоподобие, и в то же время проявить настоящую фантазию. В течение долгих месяцев Мадлен Фонтен подбирала ткани, краски и материалы и занималась поиском мастеров. Бóльшая часть одежды (всего понадобилось более тысячи костюмов) – облачение атлетов, тоги зрителей, форма воинов – были сшиты в Марокко, в то время как наряды главных героев – десять платьев принцессы Ирины, многочисленные тоги и доспехи Брута и Юлия Цезаря – создавались в Париже. Кроме того, нужно было сделать оружие, латы, мечи, щиты и шлемы, и придать им нужную фактуру уже на месте съемок. В Аликанте разместили специальную мастерскую, чтобы наносить на доспехи патину, ретушировать, подкрашивать латы, добиваясь максимально правдоподобного эффекта.
Для съемок понадобилось более 300 париков, не считая сотен накладных усов и бород. Кое-что было куплено или взято напрокат прямо на месте, и поэтому в студии Аликанте была создана еще одна мастерская, чтобы оперативно реагировать на запросы, возникающие во время съемок. Гримерам нужно было найти материалы, которые смогли бы выдержать жаркое испанское солнце.
Фредерик Форестье и Тома Лангманн работали в тесном контакте с командой по спецэффектам под руководством Кристиана Гийона, заранее моделируя наиболее сложные эпизоды, такие, как состязания колесниц. Главный оператор Тьерри Арбогаст решил сразу снимать на цифровую камеру – во-первых, ради экономии, поскольку пленка стоила бы значительно дороже, во-вторых – чтобы проще было добавить спецэффекты во время постпродакшн.
Актеры
Постепенно к Кловису Корнийяку, Жерару Депердье, Алену Делону и Бенуа Пульворду присоединились канадский комик Стефан Руссо, сыгравший молодого галла Полюбвикса, юная итало-американская актриса Ванесса Хесслер (принцесса Ирина), Франк Дюбоск, Жан-Пьер Кассель и другие.
Конечно же, в фильме отметились приглашенные знаменитости: Джамель Деббуз, Адриана Карамбё, Дани Брийян, Амели Моресмо, Тони Паркер, Жан Тодт, Михаэль Шумахер, Зинедин Зидан… Что же касается пса Идефикса, его сыграла та же собака (точнее, те же собаки), что и в предыдущей картине «Астерикс и Обеликс: Миссия Клеопатра».
Съемки
Съемки начались 19 июня 2006 года, и некоторое время проходили в лесу Фонтенбло, однако очень скоро съемочная группа оказалась на студии в Аликанте, где уже возвышался олимпийский стадион. Там они оставались до начала ноября. В течение всех этих долгих месяцев студия в «городе света» напоминал то гигантскую стройку, то армейский бивуак. Это было огромное предприятие, работавшее только на Астерикса: всевозможные склады и площадки, цеха и мастерские (строительные, покрасочные, пошивочные и т.д.) и бесконечные ряды стеллажей с костюмами и реквизитом.
Съемочная группа состояла наполовину из французов, наполовину из испанцев. Каждый день на площадке находилось от 80 до 100 человек, к которым иногда присоединялись100 или даже 150 статистов. Более того, периодически привлекали вторую группу (около 20 человек), третью (около десятка), а иногда и четвертую. Вот и получается, что в иные дни в столовой приходилось готовить до 600 обедов! Снимали двумя, тремя и четырьмя камерами, со штативом, с тележки, с крана, с плеча, с помощью технологии “steadycam” и даже… с колесницы! Поэтому были необходимы безупречная организация и дисциплина. К тому же, учитывая огромное количество звезд на площадке (которым каждый день требовалось не менее двух часов, чтобы подготовиться к съемкам), и их жесткий график, не могло быть и речи о том, чтобы нарушить план работ.
В то же время у обоих режиссеров было достаточно свободы, чтобы придумывать, улучшать, импровизировать. Несмотря на предварительную подготовку, раскадровки и моделирование некоторых эпизодов, все равно нужно было проявлять чудеса гибкости. Каждый день дописывались или менялись диалоги, появлялись новые ситуации, оттачивались движения камеры. По общему мнению, режиссеры отлично дополняли друг друга: опыт одного из них подкреплял идеи другого. Оба вместе или по очереди работали с актерами, поскольку, несмотря на размах всей операции, никто не забывал, что они снимают именно комедию. Иногда на площадке одновременно находились более шести известных актеров. «У меня есть несколько листочков с расписанием съемок, которые я сохранил в качестве сувенира! – признается Фредерик Форестье. – Честно говоря, как тут не испугаться, когда приходишь утром на съемочную площадку, а все уже в гриме и ждут тебя! В то же время, когда съемки идут полным ходом, уже перестаешь обращать на это внимание. И потом, у нас собралось столько сильных личностей, что их характеры в какой-то степени нейтрализовали друг друга, так что складывалась вполне дружелюбная обстановка. Никто не тянул одеяло на себя и просто делал свое дело…»
Один из самых запоминающихся моментов съемок - скачки на колесницах. Подготовку лошадей доверили испанцу Рикардо Крусу, который уже имел за плечами аналогичный опыт работы в фильмах «Последний самурай» и «Александр». Для этого эпизода потребовалось около шестидесяти лошадей, которых тренировали в течение восьми недель. Чтобы предусмотреть все возможные накладки, все колесницы были изготовлены в двух экземплярах. К каждой из них была «прикреплена» упряжка из четырех лошадей, и еще четыре коня были «в запасе». Для того чтобы снять сцену скачек, потребовалось пять недель работы первой съемочной группы и две недели – второй, не говоря уже о координации двух команд по спецэффектам. Дело в том, что одна команда занималась трюками непосредственно во время съемок (например, когда колесница переворачивается или теряет колесо), а другая – визуальными эффектами.
После съемок
Наиболее долгой и трудоемкой частью процесса постпродакшн, который шел с декабря 2006 по октябрь 2007, конечно же, оказались спецэффекты, поскольку в фильме более тысячи модифицированных планов. Из-за огромного объема работы и жестких сроков, Кристиан Гийон из E.S.T. распределил задания между тремя компаниями, так что над фильмом могли одновременно работать от 150 до 200 человек. Чтобы облегчить их труд, он решил поручить каждой компании законченные эпизоды. Одни занимались сном Брута (когда он видит себя во главе огромной армии), а также стадионом, создавая дополнительные трибуны и зрителей. Другие добавляли дополнительные элементы декорациям, таким как дворцы Салагаса и Цезаря, внешний облик дворца Цезаря, виды Рима и Олимпии. Кроме того, были спецэффекты, связанные с употреблением волшебного напитка и его последствиями. Это крайне трудоемкий процесс, поскольку зритель не должен заметить разницу между настоящим и поддельным, натурными съемками и компьютерной графикой.
Подписаться на рассылку новостей
Любить - воспрещается

Любить - воспрещается

Из воспоминаний Михаила Наумовича Калика: "Мне было двадцать четыре года, когда я учился в мастерской Григория Александрова на режиссерском факультете ВГИКа. Сюжет для той поры достаточно будничный: четверых студентов обвинили в создании некой «молодежной террористической организации».
Ты - не один. Ты - плюс один!

Ты - не один. Ты - плюс один!

«Плюс один» - это уравнение, слагаемые которого каждый зритель должен выбрать сам, потому что этот фильм – про каждого из нас. Нужно найти главное слагаемое, то самое, которое и есть - "Плюс один", и научиться жить счастливо...
2 комментария
Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники
20 июля
Первый канал
22 июля
Россия 1
23 июля
Первый канал
23 июля
Первый канал