Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру мобильное меню

Жора Крыжовников: «Важно, чтобы люди участвовали в судьбе других поступками, а не лайками»

интервью >>

По традиции ближе к новогодним праздникам на российские экраны выходит очередная часть «Ёлок», креативным продюсером и режиссером одной из новелл которых в этот раз выступил автор «Горько!» и «Самого лучшего дня» Жора Крыжовников. Мы поговорили с Крыжовниковым о перезагрузке и дальнейшем продолжении популярной отечественной франшизы, новых героях, в числе которых персонаж Дмитрия Нагиева, и важности темы отцов и детей в нынешних «Ёлках новых».

Жора Крыжовников: «Важно, чтобы люди участвовали в судьбе других поступками, а не лайками»

Какие задачи перед вами стояли как перед креативным продюсером нынешнего альманаха? «Елки новые» называют перезапуском франшизы. Каков ваш вклад в этот перезапуск?

Я думаю, что тут речь шла не о перезапуске, а о том, чтобы вдохнуть новые силы во франшизу, которая подошла к опасному рубежу, когда, если не обновляться, не искать возможности выглядеть свежо, начинает падать интерес. Тимуром и командой, которая работала до нас, были заданы некие условия игры: это рождественская история, которая происходит за один день, где герои решают проблемы, копившиеся, может быть, весь год. Их нужно обязательно решить до нового года, потому что это такая важная отсечка, после которой либо происходит в твоей жизни что-то позитивное, либо тебе придется ждать еще один год. Мне хотелось ориентироваться на рассказы О.Генри, которые я считаю классическим примером таких коротких, сентиментальных, но в то же время ироничных и смешных историй. В «Елках», на мой взгляд, историям не хватало развития, второго акта. Они были короткие, их было слишком много, за некоторыми героями зритель не успевал следить. Перед «Елками новыми» мы провели большую аналитическую работу. Написали структуру всех частей, которые выходили до этого. Взяли за основную третью часть, которая была самая успешная, в ней, на мой взгляд, было правильно сочетание юмора и мелодрамы. И дальше мы начали формировать те истории, которые, на наш взгляд, должны были звучать в новой части. Также мы поставили перед собой цель привлечь нового хэдлайнера, укрепить комедийную составляющую. Так появился Дмитрий Нагиев, для которого была написана новелла. Мне кажется, со своей задачей он справился. Потом нужно было найти объединяющую мелодраматическую историю, про которую думает и которой сопереживает вся страна. И это история Сергея Пускепалиса, Екатерины Климовой и Даниила Муравьева-Изотова. Потом появилась очень трогательная история про Снегурочку беременную…

И феминизм 4-го уровня.

Я почувствовал, что эта история как раз из мелодрамы. Она очень правильная, свежая, в «Елках» такого не было. Потом появился Антон Богданов с идеей своей истории и, посовещавшись, мы поняли, что лучшей пары, чем Валя Мазунина, ему не найти. Так у нас еще сложился дуэт смешных рыжих клоунов – в хорошем смысле как амплуа, – таких оторванных, грустноватых в чем-то. В «Елках» важно и поплакать, и посмеяться – тогда и смех сильнее, и грусть ярче. Кроме того важно ощущение, что в новогодний праздник ты расстаешься с тем, что было в этом году и ждешь чего-то нового. «Елки», мне кажется, изначально очень точно сформулировали эту эмоциональную дихотомию, внутренний конфликт – и жалко расставаться, и новый год. И нам надо было только осознанно в этих условиях игры посуществовать. Сделать все интенсивнее, ярче, качественнее.

Помимо этой дихотомии в «Елках», кажется, всегда есть история, отражающая время и его тенденции. Как раньше были теория шести рукопожатий или бумеранг добра. У вас это ролик на YouTube и поиск мамы в большом мире через интернет. Почему была выбрана именно такая история? Связана ли она с популярностью блогеров?

Никакой специальной программы не было. Мы придумывали истории, опираясь на собственный опыт и то, что происходит вокруг. У нас нет манифеста «Давайте будем современными». Те социальные эксперименты, которые описывались в «Елках» до этого – рукопожатия, бумеранг добра – меня не очень интересуют. Это классные штуки, которые я не очень понимаю. Мне казалось, что важнее сделать историю максимально частную, в которой при этом персонажи других новелл участвуют лично. Не как абстрагированные винтики некого социального механизма, который над ними существует, а просто конкретно помогают – позвонить, подвезти, договориться, довести до вокзала мальчика, который едет через всю страну. По моему мнению, важно, чтобы люди участвовали в судьбе других своими поступками, а не какими-то «лайками». А то что герой у нас блогер, так сейчас это захватывает всех. Есть человеку что рассказать или даже нечего, он заводит блог. Так что это просто примета времени.

Жора Крыжовников: «Важно, чтобы люди участвовали в судьбе других поступками, а не лайками»

Личная составляющая действительно очень важна и заметна, но это же тоже веяние времени, когда лучше сосредоточиться на себе, на проблемах ближнего, а не думать, грубо говоря, про политику.

В этом смысле мы в диалоге с авторами прошлых частей, потому что бумеранг добра, например, из третьей части, он как бы учил – ты делай добро, а потом оно через какое-то время к тебе вернется. Мне же кажется, что помощи и попытке услышать ближнего надо не учить, надо это просто делать. Мы помогаем людям не из-за концепции, а потому что по-другому не получается. Поэтому мы и отказались от каких-то социальных инструментов, когда за шесть рукопожатий можно решить любую проблему.

Еще, как мне показалось, в этих «Елках» больше затронута тема детско-родительских отношений. Раньше больше внимания уделялось поиску любви, романтическим историям. А сейчас больше такой глобальной проблеме отцов и детей. Когда эта тематика стала доминировать на проекте?

Я регулярно разговариваю с начинающими сценаристами и иногда разговариваю с критиками, и понимаю, что это всегда два разных разговора. Концепция есть результат сценарной работы. Сначала ты ищешь интересную историю, а потом оборачиваешься и понимаешь, что она укладывается в некий ряд, но не наоборот. Если ты начинаешь идти от концепции к сценарию, все проваливается. Это становится дидактическое кино, которое никому не нужно. Мы идем снизу, с историй. Так получилось, что для Дмитрия Владимировича мы написали историю про пасынка и отчима. Потом связующей оказалась история про папу и сына, потом появилась еще Снегурочка, которая ждет ребенка, и другая Снегурочка, которая ищет отца своего ребенка. Так неожиданно мы обнаружили, что появилась общая тема. На мой взгляд, в геном «Елок» заложено самообновление – в этом формате могут появляться новые герои, уходить старые, появляться новые схемы. На самом деле это очень свободный, очень комфортный формат для творчества. У нас в четырех из пяти новелл – новые персонажи. Мы взяли и пришли с новыми героями, рассказали новые истории. И то, что относительно прошлых частей, где было больше про любовь и отношения, а здесь есть и про любовь истории, но есть и истории про семью. И это тоже про «Елки», на которые принято ходить семьей. Может быть, через юмор мы поможем кому-то и свои какие-то проблемы преодолеть, посмотреть на них по-другому.

Как вам кажется, зрителей не испугает такое большое количество новых персонажей? Все-таки за годы они привыкли к стандартному, так скажем, набору.

Дело в том, что мы тут тоже не первооткрыватели. Внутри «Елок» постоянно происходило обновление. В каждой следующей части появлялись новые персонажи. На самом деле героями, которые переходили из части в часть, были только Ургант и Светлаков. Просто несколько раз повторялся лыжник и сноубордист, но они тоже были не во всех частях. В «1914» вообще персонажи как будто бы из другого времени возникали. Поэтому мне не кажется это проблемой. И судя по фокус-группам, первым показам – у нас уже были премьеры в Екатеринбурге, Перми, Тюмени, Москве – реакция интенсивнее, чем на прошлую часть, людям нравятся больше.

Еще в этом году вы решили показать «Елки» критикам, хотя в последнее время они, кажется, на них внимания не обращали. Это какая-то ваша принципиальная позиция? Захотелось услышать профессиональное мнение?

Несмотря на то, что я делал «Елки» с огромным интересом, у меня все равно есть внутреннее такое идеологическое ощущение, что этот проект сформулировал не я, придумал его не я, на ноги поставил не я. Мне нужно было обновить его, сделать эту часть фильма, но особого риска не было, потому что этот проект сформулирован. И я в данном случае чувствовал себя относительно безопасно. Когда ты выпускаешь проект в новом жанре, с новой комбинацией артистов – это всегда риск. Здесь такого, конечно, не было. Тем не менее интересно послушать, что скажут уважаемые критики, увидят ли они что-то из того, что мы закладывали в фильм, или нет. Поэтому да, мы показываем им фильм и с интересом слушаем то, что они говорят.

Жора Крыжовников: «Важно, чтобы люди участвовали в судьбе других поступками, а не лайками»

Не могу не спросить про Дмитрия Нагиева – артиста, который был вами открыт заново. Как с ним работалось на «Елках» и долго ли вы с ним ходили на съемках по лесу?

По лесу мы ходили два дня. Планировали три, но ходили так быстро, что сняли за два, – высокий темпоритм хождения по лесу у нас оказался. Дмитрий Владимирович – профессионал высокого уровня, одаренный человек, поэтому работалось легко, в удовольствие. Больше всего досталось Елене Алексеевне Яковлевой, которая сказала, что больше сниматься с Дмитрием Нагиевым не будет. Не знаю, в шутку или нет, но он все время ее подкалывал, щекотал и всячески над ней подтролливал, так что ей, наверное, было сложнее. А по мне – все профессионально, точно и прекрасно.

Как вы думаете, куда дальше могут развиваться «Елки»? Была же история, насколько я помню, с международным альманахом, но он так и не был сделан. В следующем году может ли он появиться?

Я бы не торопился сейчас задумывать следующую часть «Елок» и как-то их обсуждать. При всех наших стараниях и желаниях, оценки выставляет зритель. Если он придет, если сборы покажут, что есть интерес, – значит надо дальше двигаться. Если нет, – навязываться, мол, вот у нас еще есть идеи, я думаю, не стоит. Мне кажется, это профессиональная позиция – дождаться результатов и уже потом решать.

Последний вопрос как всегда про творческие планы. Расскажите, на каком этапе у вас работа над сериалом «Звоните ДиКаприо»?

Мы досняли этот восьмисерийный проект, сейчас идет монтаж. В связи с тем, что это драма, которая была запущена ТНТ еще тогда, когда драмы в эфир выходили, а сейчас канал решил от них отказаться, видимо, мы будем искать возможность что-то сделать с этим проектом на других площадках. Я знаю, что руководство ТНТ открыто, они уверены, что проект должен появиться, но, возможно, не у них, ведут переговоры, ищут партнеров для того, чтобы это случилось.

Но как я понимаю, вы начинаете сотрудничать с ТВ-3 – была проанонсирована ваша «Ночная студия».

Это аналог советской «Кинопанорамы», где режиссеры Марк Анатольевич Захаров, Эльдар Александрович Рязанов рассказывали о фильмах. ТВ-3 предложил примерно такой формат. У меня есть любимое черно-белое американское кино, и я сказал, что если есть возможность показать отрывки из него, то давайте я об этом кино малоизвестном, но великолепном в эфире расскажу. Но это еще пока на стадии переговоров, за сценарий мы еще не садились. Поэтому ТВ-3 есть да, но не в рамках сериалов. Хотя я не исключаю, что в конце концов сериал там может выйти.

Полнометражный фильм какой-то ждать от вас?

Знаете, я сейчас с удовольствием делюсь своими планами. Это фильм-катастрофа, драма, бюджет, которого у меня никогда не было. Подробнее мы с продюсерами, надеюсь, расскажем в середине января. Это большой проект. В следующем году хотелось бы еще снять черную комедию – тоже после нового года, думаю, будут подробности. И есть еще в планах биография одного человека, костюмная, драматическая история. Надеюсь в январе-феврале смогу уже рассказать обо всем с именами-названиями.


Маша Токмашева
Подписаться на рассылку новостей
Поиск по меткам
Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники

Афиша кино >>

мелодрама, научная фантастика
США, 2018
комедия, мелодрама
Россия, 2018
биография, драма, триллер
США, 2018
боевик, комедия, фильм ужасов
США, 2018
научная фантастика, триллер, фильм ужасов
США, 2017
драма, комедия
Германия, 2017
боевик, фильм-катастрофа
США, 2018
все фильмы в прокате >>