Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру мобильное меню

Андрей Лобанов

Андрей Лобанов фотографии
Годы жизни
Категории
Театральный деятель, Актёр
Театры
Фотоальбом

Лобанов Андрей Михайлович

Родился 28 июля (10 августа) 1900 года в Москве.

Заслуженный деятель искусств РСФСР (17.09.1945).
Народный артист РСФСР (5.11.1947).

В 1918 году поступил на юридическое отделение факультета общественных наук Московского университета. Осенью 1919 года поступил в студию артиста Художественного театра А.А. Гейрота, в 1920 году, оставив университет, перешёл в Шаляпинскую студию. В 1921 году поступил в школу 2-й Студии Художественного театра, разочаровавшись в деятельности студии, пытался создать студию на Остоженке, однако через два года ушел к Ю.А. Завадскому.

В 1924-1925 годах — актёр театра В.Ф. Комиссаржевской.
В 1931-1937 годах — режиссёр театра-студии под руководством Рубена Симонова, затем художественный руководитель Московского театра для детей. Ставил спектакли в Театре Революции, Театре Сатиры, фронтовых театрах (1942-1943) и Московском театре миниатюр.
В 1941—1942 гг. руководил Театром политического обозрения.
В 1945-1956 годах — главный режиссёр театра имени М.Н. Ермоловой.
Преподавал в ГИТИСе с 1933 года, профессор (с 1948 года).

Ушёл из жизни 18 февраля 1959 года в Москве. Похоронен на Новодевичьем кладбище (участок № 5).
театральные работы
Театр-студия под руководством Ю. А. Завадского
1928 — «Компас» В. Газенклевера (совм. с Ю. А. Завадским))

Театр-студия под руководством Р. Н. Симонова
1930 — «Мы должны хотеть» В. Державина
1931 — «Таланты и поклонники» А. Н. Островского
1932 — «Водевили эпохи французской революции»
1934 — «Вишнёвый сад» А. П. Чехова; «Поднятая целина» по М. А. Шолохову (совм. с Р. Н. Симоновым)
1936 — «Всегда в пять» С. Моэма; «Музыкантская команда» Д. Дэля
1937 — «Дети солнца» М. Горького (совм. с В. Марутой)

Театр ВЦСПС
1932 — «Женитьба Бальзаминова» А. Н. Островского (совм. с И. М. Рапопортом)

Театр рабочих ребят Бауманского района — Московский театр для детей
1934 — «Воспитанница» А. Н. Островского
1936 — «Голубое и розовое» А. Я. Бруштейн
1939 — «Воспитанница» А. Н. Островского
1941 — «Начало пути» («Алёша Пешков»). Инсценировка О. Д. Форш и И. А. Груздева повести А. М. Горького «Детство»

Московский театр юного зрителя
1935 — «Блуждающая школа» Л. А. Кассиля и С. А. Ауслендера

Центральный театр Красной Армии
1935 — «Восточный батальон» бр. Тур и И. Л. Прута
1937 — «Волки и овцы» А. Н. Островского

Московский ТРАМ
1938 — «Живой труп» Л. Н. Толстого

Театр Революции
1939 — «Таня» А. Н. Арбузова
1941 — «Простые сердца» К. Г. Паустовского

Передвижной театр обозрения
1942 — «Наша Москва» (обозрение)

Фронтовые театры
1942 — «Дом на холме» В. А. Каверина (2-й Фронтовой театр ВТО)
1942 — «Парень из нашего города» К. М. Симонова (4-й Фронтовой театр ВТО)
1943 — «Без вины виноватые» А. Н. Островского (Фронтовой филиал Малого театра)

Московский театр миниатюр
1942 — «Москвичи-земляки» (режиссёры Б. В. Бельский, А. С. Менакер и Н. Ф. Тоддес)
1943 — «Без намёков» (режиссёр А. С. Менакер)
1943 — «Коротко и ясно» (режиссёры А. С. Менакер и Н. Ф. Тоддес)
1944 — «Где-то в Москве». Обозрение В. С. Масса и М. А. Червинского (режиссёр А. С. Менакер)

Московский театр имени М. Н. Ермоловой
1940 — «Время и семья Конвей» Дж. Б. Пристли
1941 — «Хирург Пирогов» Ю. П. Германа
1945 — «Бешеные деньги» А. Н. Островского
1945 — «Старые друзья» Л. А. Малюгина
1945 — «Укрощение укротителя» Б. Флетчера
1946 — «Старые друзья» Л. А. Малюгина
1946 — «Далеко от Сталинграда» А. А. Сурова (совм. с В. Г. Комиссаржевским)
1947 — «Люди с чистой совестью» П. П. Вершигоры (совм. с В. Г. Комиссаржевским)
1947 — «Спутники» В. Ф. Пановой и Д. Я. Дара
1948 — «Счастье» П. А. Павленко (совм. с В. Г. Комиссаржевским)
1948 — «Невольницы» А. Н. Островского
1949 — «Дачники» М. Горького
1950 — «Миссурийский вальс» Н. Ф. Погодина
1950 — «Рассвет над Москвой» А. А. Сурова
1951 — «Клуб знаменитых капитанов» В. М. Крепса и К. Б. Минца (совм. с Б. А. Аврашовым)
1952 — «Молодые годы» Ю. В. Трифонова и В. Е. Месхетели (совм. с С. Х. Гушанским)
1952 — «Достигаев и другие» М. Горького (совм. с В. Г. Комиссаржевским)
1953 — «Залог успеха» Ю. В. Трифонова (совм. с С. Х. Гушанским)
1954 — «Гости» Леонида Зорина
1956 — «Вечно живые» В. С. Розова
1957 — «Вода с Луны» Н. Хентера

Московский театр Сатиры
1940 — «Слуга двух господ» К. Гольдони
1958 — «На всякого мудреца довольно простоты» А. Н. Островского
призы и награды
Сталинская премия второй степени (1946) — за постановку спектакля «Старые друзья» Л. А. Малюгина.
Орден Трудового Красного Знамени.

последнее обновление информации: 06.05.15

Р. Губина. Воспоминания о А. М. Лобанове

В 1947 году я училась в авиационном институте и мечтала стать актрисой. Кто-то мне сказал, что Осип Наумович Абдулов хорошо относится к молодежи, пошла прямо к нему и попросила позаниматься со мной перед экзаменами в ГИТИС, куда решила поступать. Осип Наумович согласился заниматься. И вот однажды он и его жена, Елизавета Моисеевна, сказали мне, что в Театре имени Ермоловой набирают вспомогательный состав, и посоветовали мне обязательно поступать, потому что только А. М. Лобанов, по их мнению, может сделать из меня актрису.

Я сдала свои документы на конкурс. На втором туре нас прослушивал уже сам Лобанов. Желающих поступить в театр было очень много, прослушивание шло до позднего вечера. И вдруг объявляют, что набор окончен и всех остальных, кто не успел показаться, просят разойтись по домам. Я вся в слезах пришла к Абдуловым, и Елизавета Моисеевна, утешая меня, посоветовала обратиться прямо к самому Лобанову.

На следующий день я снова пошла в театр. Лобанов репетировал тогда «Люди с чистой совестью» П. П. Вершигоры. В перерыве я подхожу к нему и начинаю подробно рассказывать свою историю. Он был очень занят и все торопил: «Короче, короче. Как фамилия?»

— Губина.
— Ученица Абдулова?
— Да.
— Пойдемте. — Ведет меня в свой кабинет. — Что почитаете?
— «Зою» Алигер.
— Нет, не надо. Вы не героиня.
Я прочитала басню. Вижу — в конце он стал улыбаться.
— Приходите завтра, посмотрим.
Назавтра моя фамилия оказалась в списке принятых.

Так началась моя работа в Театре имени Ермоловой. Сначала я делала много «черной» работы — шумы за сценой, массовки. Но и к такой работе я относилась восторженно. Мне все нравилось в театре, шумы делала с упоением, к каждой массовке старалась подбирать грим. В спектакле «Люди с чистой совестью» я изображала за сценой гром, шум поезда, танк (для этого в барабан специально были положены железки) и еще играла партизанку. И вот однажды за кулисами увлеченно изображаю танк, а мимо проходит Андрей Михайлович. Он заметил, видимо, мое «старание». Вдруг чувствую на голове чью-то руку, оборачиваюсь — Лобанов. Я, конечно, расплакалась и потом всем рассказывала, что Лобанов погладил меня по голове.

Я не проработала в театре даже года, как вдруг на собрании мне объявляют благодарность за добросовестную работу и премируют пакетом с фруктами. Жила я тогда очень трудно. Зарплата была, конечно, маленькая — триста рублей, из них двести приходилось платить за угол. Я жила в одной комнате с хозяйкой и даже читать вечером не могла. Лобанов однажды застал меня в театре за чтением, спрашивает:
— Что читаешь?
— «Войну и мир».
— Почему с таким опозданием?
— Это второй раз.

Узнав, что я не могу читать дома, он сказал: «Я тебе подарю настольную лампу, тебе надо много читать». И подарил.

Мне многие не верят, говорят, что Лобанов был человек суровый и замкнутый, никого к себе близко не допускал. Возможно, это правда. Но для меня он был другой. Стоило мне сыграть какой-нибудь эпизод, как мне прибавляли зарплату. Он ходил даже в Моссовет, хлопотал, чтобы мне дали комнату. Ему ответили там, что многие еще живут в подвалах, но он настоял и мне дали комнату.

Под руководством Лобанова я сыграла много ролей. Я горжусь, что он — мой учитель.

В спектакле «Молодые годы» по повести Юрия Трифонова «Студенты» я играла эпизодическую роль Нины Фоминой. Лобанов из проходного эпизода сделал мне роль. Помню одну сцену: шло собрание, студенты обсуждали неблаговидный поступок товарища. На сцене был сооружен лекторий, Андрей Михайлович усадил меня на самый верх и говорит: «Ты сидишь, а под тобой — раскаленные угли, под тобой стул горит. Сидеть там тебе уже невмоготу. Пулей вылетай на трибуну». И мне сразу все стало ясно: и моя героиня, которой до всего есть дело, и ее настроение в данной сцене. Как высший комплимент за исполнение — Лобанов слегка пожал мне руку при вызовах.

Моя первая большая работа в театре — роль Лены Твороженковой в «Счастье» П. А. Павленко. На репетициях Андрей Михайлович меня почти не поправлял, видимо, не хотел спугнуть непосредственность, ему было достаточно здесь того, что я принесла из жизни.

Как-то я сказала ему, что хочу поступить в ГИТИС, чтобы получить диплом актрисы. Он ответил: «Не надо тебе этого. Тебе играть надо». Он взял меня в театр без всякой школы и каким-то своим, особым методом учил и незаметно воспитывал. Иногда он доводил меня до слез, смотрел сурово, строго, проходил, не здороваясь — это когда я плохо репетировала. Если же репетировала верно, то подходил, гладил по голове. Вообще же он был скуп на похвалы. Иногда подойдет, спросит:
— Ну как живешь?
— Ничего.
— Не ничего, а хорошо. — И тут же отойдет.

На репетициях и спектаклях замечал все, ни одна самая мелкая деталь в роли не оставалась без его внимания. Когда мы репетировали пьесу Горького «Достигаев и другие», я играла Таисью, но никак не могла схватить то, чего добивался от меня Лобанов. Ничего не получалось. В финале второго акта Лобанов предлагал мне такую мизансцену: я вырываюсь от игуменьи, вскакиваю на стул и, плача, с криком срываю с себя клобук. Лобанов рассказывал мне, что в Художественном театре эту роль играла А. П. Георгиевская, у которой были красивые светлые волосы, и они очень эффектно рассыпались, когда она срывала с себя клобук. Но я думала: нельзя же, чтобы мне все до мелочей подсказывал Лобанов, у меня тоже светлые волосы и в результате получится так же, как у Георгиевской. Я решила тогда, что, наоборот, заплету косичку, а в нее вплету красную ленточку, как некий символ. На прогоне я это проделала — я срывала с себя клобук и в моей косе неожиданно оказывался красный бант. После спектакля Лобанов подошел: «Молодец, Рая! Наконец-то ты стала соображать. Ты подарила мне финал второго акта».

Вообще репетиции Лобанова — это целый спектакль. Иногда он показывал актеру под восторженные аплодисменты зала. Он часто говорил: «Ты должна слышать, как разговаривает твоя героиня. Если услышишь, считай, что половина дела сделана. Когда я показываю, я всегда слышу, как этот человек разговаривает». И еще говорил: «Занимайся голосом, ты будешь играть разнообразные роли»…

Если в спектакле я играла себя, он не признавал этого, ему было скучно — отворачивался или смотрел в пол. Но если я искала характер, то тут он помогал мне в поисках или предлагал свое решение, иногда совершенно невероятное. Когда я репетировала Таисью в «Достигаеве», он мне предложил играть не просто забитую девочку, а девочку-философа, существо думающее. Она о всех явлениях жизни хочет иметь свое мнение, размышляет обо всем серьезно и сосредоточенно, точно у нее за плечами целая жизнь. Он и мизансцены придумал для меня соответствующие такому характеру. Он показывал мне на репетициях, как она ходит, как слушает. Она жила как бы под бременем своих мыслей и чувств, такая маленькая, сгорбленная, руки всегда сложены на животе. А когда она взрывается наконец, когда бунтует и отшвыривает от себя все лживое и ненужное, то перед нами оказывается такое чистое, звонкое существо…

Лобанов был для меня в театре не просто режиссером, он был для меня всем — отцом, господом богом. И если я что-то могу теперь в театре, то это только за счет того, что я получила от него. Его смерть была для меня настоящей трагедией. И теперь, когда мне дают роль, то прежде всего я думаю о том, что сказал бы мне Андрей Михайлович, как бы он предложил решать ее. И когда у меня что-то получается, я знаю — это от него.

Лобанов считал, что я характерная актриса, говорил, что буду играть старух, как В. Н. Рыжова, знаменитая актриса Малого театра.

Все мы стали актерами благодаря ему. И все мы были свидетелями его вынужденного ухода из театра. Лобанова вдруг стали ругать за то, что он отстал от жизни, за то, что занимается мелкотемьем, и все это было так неожиданно и непонятно для нас. Когда эти обвинения предъявили ему на одном из собраний в театре, он вышел вдруг и спросил: «На собрании есть молодежь? Почему вы ничего не говорите? Рубина? Киселева?» Я крикнула ему тогда: «Я здесь!» Он ответил тихо: «Я знаю, что вы здесь». Он, который так много для нас сделал, обращался к нам за помощью, а мы ничем ему не помогли. Никто из нас не выступил. А после собрания Лобанову стало плохо с сердцем, у себя в кабинете он потерял сознание, и ему вызвали неотложку.

Теперь я спрашиваю себя, почему мы тогда ничего для него не сделали? Мы добросовестно играли свои массовки и свои роли; переживали и плакали, потому что в театре стало непонятно тревожно, появились какие-то тайны; но мы ничего не понимали. Если бы он собрал нас к себе и все рассказал… Но Лобанов ничего нам не говорил. Душевной самостоятельности в нас тогда не было, а была какая-то затянувшаяся инфантильность.

После выхода из больницы Лобанов стал возобновлять свой спектакль «Дачники» А. М. Горького. Я играла в этом спектакле Соню. Это была наша последняя совместная с ним работа.

Я проработала с Лобановым десять лет и считаю, что сейчас все еще с ним работаю. Для меня в нем не было недостатков, мне в нем нравилось все — и его глуховатый голос, и его походка, его суровость. Я счастлива, что встретилась с ним.

дополнительная информация >>

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.
Будем очень признательны за помощь.
Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники
МирТесен
«Этим летом»
Ролики фильмов
«Этим летом»
Жизнь 16-летней девушки переворачивается с ног на голову, когда на поверхность выходит ворох семейных секретов.