Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру мобильное меню

Римма Белякова

Римма Белякова фотографии
Дата рождения
Категория
Актриса
Фильмография
Театры
Фотоальбом
Обсуждение

Белякова Римма Ивановна

Родилась 2 февраля 1937 года в с. Собаново Куйбышевской области (ныне — Самарская область).

Заслуженная артистка РСФСР (20.12.1972).
Народная артистка России (3.10.2007).

В 1961 году окончила школу-студию МХАТ (курс А.М. Карева).
В 1961–1968 годах — артистка Смоленского областного драматического театра.
С 1968 года играет в Саратовском театре драмы им. К. Маркса (ныне Саратовский академический театр драмы им. И. А. Слонова).
Педагог в Саратовском театральном училище (с 1970 года), с 1983 года - на театральном факультете Саратовской государственной консерватории им. Л. В. Собинова (ныне - Театральный институт консерватории). С 1985 года возглавляет кафедру мастерства актера, профессор (1993). Ставит учебные спектакли своих студентов.
Играла в спектаклях Саратовского ТЮЗа.
Заместитель председателя Саратовской организации Союза театральных деятелей России.

Муж — заслуженный деятель искусств России Георгий Петрович Банников (1928—2010).
театральные работы
Смоленский театр
«Правда хорошо, а счастье лучше» Островского
«Два веронца» Шекспира
«Таня» Арбузова
«Оптимистическая трагедия» Вишневского

Саратовский театр драмы:
1984 — «Жили-были мать да дочь» Ф. Абрамова, режиссёр Александр Дзекун — Аксинья
«Идиот» Ф. Достоевского — Настасья Филипповна
«Татуированная роза» Теннесси Уильямса — Серафина
«Тамада» А. Галина — Люба
«Маскарад» М. Лермонтова — Нина
«Три сестры» А. Чехова — Ольга
«Ревизор» Н. Гоголя — Анна Андреевна
«Каса Марэ» И. Друцэ — Василуца
«Мария» А. Салынского — Мария
«А дальше - тишина» В. Дельмар
«Фантазии Фарятьева» А. Соколовой
«Жестокие игры»
2007 — «Валентинов день» Ивана Вырыпаева, режиссёр: Виктор Рыжаков — Катя
2012 — моноспектакль «Соло для струны без оркестра. Исповедь актрисы» (авторы - Л. Касьяненко и Ю. Шрадер по письмам А.П. Чехова и О.Л. Книппер)

Режиссер:
1982 — «Молодая гвардия»
1999 — «Васса Железнова» М. Горького
2000 — «Барышня-крестьянка»
2000 — «Целуй меня, Кэт!» К. Портера
2001 — «Красавец мужчина» Островского (и роль Зои Окаемовой)
2005 — «Осенняя соната» И. Бергмана (и роль Шарлотты, Саратовский ТЮЗ)
«Граф Люксембург»

Дипломные спектакли в театральном институте:
2006 — «Яма» А. И. Куприна
2006 — «Ночь ошибок» Оливера Голдсмита
2007 — «Путь к себе»
2007 — «Сны Бальзаминова» по пьесам А. Н. Островского
2010 — «Играем Коляду» (по мотивам пьес Николая Коляды)
2010 — «Целуй меня, Кэт» (мюзикл Кола Портера)
призы и награды
Орден Почета (9.07.1998).

последнее обновление информации: 19.04.14

«Человек должен влюбляться, это помогает жить»

У народной артистки России Риммы Беляковой сегодня тройной юбилей – 75 лет со дня рождения, 50 лет актерской и 40 – педагогической деятельности. Для театрального Саратова она фигура знаковая, за ней – целая театральная история и талантливые ученики, многие из которых стали звездами. На ее счету более 50 ролей, но и сегодня она по-прежнему играет в театре и вдохновляет студентов. Сейчас актриса готовит моноспектакль «Соло для струны без оркестра (исповедь актрисы)», который выйдет на сцене театра драмы в честь юбилея. Секретами гармоничных взаимоотношений, а также тем, как стать успешной актрисой и всегда оставаться бодрой, Римма Ивановна поделилась с корреспондентом «Взгляда».

«Я не мыслю себя без театра»

И вот свой юбилейный вечер она открыла спектаклем «Соло струны без оркестра», основанным на письмах великой актрисы Книппер-Чеховой к своему не менее великому супругу. Она не играла, а жила! Буквально каждую минуту! И зал, казалось, проживал невосполнимую утрату вместе с ней... так осторожно проводящей грань между ролью и жизнью, удивительным образом продублировавшую один из эпизодов Ольгиной судьбы.
- Работая над пьесой, я прочла не один поразительный факт из жизни Антона Чехова, - скажет Римма Белякова потом. - Но главное, я воплотила в жизнь то обещание, что дала Георгию Петровичу Банникову: доработала этот материал. Доработала и посвятила светлой памяти мужа.
Ее многогранному таланту оказались одинаково подвластны и характерные, и классические роли. Чувство стиля и такта, эмоциональная выразительность помогли блестяще сыграть более 40 ролей отечественного и зарубежного репертуара. Сегодня она щедро делится своим талантом с подрастающим поколением актеров.
- Я вижу, как они взрослеют и становятся профессионалами. И я без них не мыслю свою жизнь. Я не мыслю себя без любви к театру! Я обожаю свою профессию, она дарит мне любовь!

ТАК КТО КОГО «ВАМПИРИТ»?

Договориться о встрече с Риммой Ивановной непросто: ее плотный рабочий график можно сравнить с графиком министра. Актриса, театральный педагог, завкафедрой мастерства актера Саратовской консерватории, режиссер, художественный руководитель и заместитель председателя Саратовского отделения Союза театральных деятелей – с многочисленными обязанностями Римма Ивановна справляется по-актерски изящно. На вопрос, как удается выдерживать нагрузки и при этом всегда хорошо выглядеть, отвечает, что ей помогают студенты, которые «вампирят ее, а она вампирит их». Ритм работы не позволяет расслабляться. Неугомонная Римма Ивановна продемонстрировала корреспонденту «Взгляда», как она учит ребят дробушкам, и призналась, что на занятиях может у станка сделать батман и поднять ногу выше головы. По ее словам, оставаться в хорошей физической форме помогает плавание.
Театральная карьера Беляковой, как и многих прославленных впоследствии актеров, начиналась в драмкружке, а именно в Нижнем Новгороде у Елены Григорьевны Агаповой – актрисы и режиссера, воспитавшей таких актеров, как Евгений Евстигнеев и Людмила Хитяева. Она привила будущей актрисе любовь к театру и классической литературе. Однако сцена не сразу стала ее профессией, поначалу судьба повела Римму совсем по иному пути. После школы Белякова поступила в Нижегородский авиационный техникум, получила квалификацию «технолог-конструктор» и уехала работать на закрытый военный завод в Пензу, но всегда продолжала заниматься художественным чтением и играть в спектаклях.
Будучи секретарем комсомольской организации заводского цеха, она попала в делегацию, которая направлялась в Москву на первый Всемирный фестиваль молодежи и студентов. Уже в столице, случайно прогуливаясь с подругой по Камергерскому переулку, зашла в Школу-студию МХАТ, где целый час читала двум преподавателям стихи из собственного репертуара. Дело в том, что у актрисы есть хобби – Белякова пишет стихи. Правда, сама она считает себя в поэзии дилетантом и пишет исключительно по воле вдохновения, но, говорит, что это помогает ей жить и двигаться дальше. Помогло это ей и тогда. Один из преподавателей оказался ректором, который зашел в школу буквально на пять минут проверить ремонт, он и пригласил талантливую девушку на вступительные экзамены, которые она успешно прошла.
Актриса уверена, что кто-то за руку вел ее в эту профессию. «Меня судьба привела к тому, о чем я никогда никому не говорила, но подспудно мечтала. И я благодарна судьбе и Господу Богу, что это случилось», – призналась Белякова.

Она набиралась мастерства у гениальных артистов: Тарасовой и Степановой, Грибова и Пилявской, Массальского и Ефремова; видела, как загорались звезды: Владимир Высоцкий, Альберт Филозов, Анатолий Ромашин... Жизнь Беляковой не скупилась на яркие встречи. В доме одного из однокашников, Бориса Ардова, ей посчастливилось познакомиться с Анной Ахматовой, имя которой было тогда под запретом. И все с той же ватагой студентов она побывала в обществе живой легенды Ольги Книппер-Чеховой. Курс, на котором училась Римма, стал последним из тех, что почтила своим вниманием жена и муза выдающегося писателя и драматурга.

ДЫШАТЬ ВМЕСТЕ С ЗАЛОМ…

«Сейчас говорят, что все забывается, все проходит, – да ничего не проходит. Я прихожу домой, я с ним разговариваю. Он для меня, как живой. Мне трудно без него, потому что мы разговаривали на одном языке», – рассказывает Римма Ивановна о своем муже, известном саратовском актере и режиссере Георгии Банникове, ушедшем из жизни несколько лет назад. Она до сих пор с удовольствием вспоминает, как он красиво ухаживал за ней, дарил подарки, окружал вниманием и заботой. Постепенно она начала понимать, что ближе этого человека у нее никого нет.
Большую жизненную силу Римме Ивановне дает любовь к студентам, которых она ласково называет «моими ребятами». «Человек должен влюбляться в кого-то – это помогает жить. Но я, естественно, ни о каком замужестве не мечтаю. Все в прошлом», – смеется актриса и признается, что влюбляется даже в своих учеников, если они талантливы. Она всегда рада, когда уже выпустившиеся студенты звонят и навещают ее.
Много счастья принесла Римме Ивановне ее профессия. «Как актриса, я прожила столько разных жизней – это так интересно. За это люблю свою профессию. Когда ты владеешь залом, когда тишина и зал дышит вместе с тобой – это как наркотик», – говорит она.
Актриса театра драмы Зоя Юдина, одна из ее учениц, охарактеризовала своего педагога как личность чрезвычайно цельную и сильную, в которой волевые, бойцовские качества гармонично переплетаются с женственностью и красотой. Как и многие другие студенты, Зоя всегда восхищалась энергией, стержнем и внутренней силой своей наставницы. Поздравляя ее с юбилеем, она не жалеет теплых слов: «Хочу пожелать ей оставаться примером для нас, «беляковцев», нашим символом, брендом. Чтобы она никогда не сдавалась, как можно дольше не уставала. Желаю здоровья и больше талантливых учеников, и чтобы она была счастлива».

Александра ИВАНОВА

№ 45 (343) 22-28 ноября 2012 г.
Саратовский взгляд

MEA TEMPORIMMA/ Римма Белякова (Саратов)

О ней можно говорить только одними эпитетами: красива, умна, талантлива, смела, энергична, эта женщина с великолепным античным именем и силой духа древних героев.

Фабричная девчонка

Римма Белякова - народная артистка России, более 26 лет игравшая на сцене Саратовской драмы. Профессор, заведующая кафедрой актерского мастерства в театральном институте, выпустившая десяток своих курсов. Много лет - в правлении Саратовского отделения СТД России. Прекрасная жена, мать и хозяйка дома, - надежное правое плечо мужу, актеру и режиссеру Георгию Банникову, когда он тяжко заболел.

Всегда комильфо - безукоризненные прическа, костюм, обувь, сумочка, малейшие аксессуары. Отточенные манеры, доброжелательная улыбка, энергия так и бурлит. «Temporimma», как ласково-шутливо прозвали ее в театральном институте. Римме Ивановне не дашь и половины ее 75-и лет.

Много уже написано о выпускниках Беляковой, которых можно увидеть в ведущих театрах страны, на съемочных площадках, в телепередачах. А мы вспомним истоки их «театральной мамы». В непостижимо далеком далеко осталась теперь маленькая девочка с широкой косой, бегущая за остановившимся на перекрестке солдатом: «Папа, папа!». Солдат нагнулся, подхватил на руки безутешно плачущую девчушку. Это был не ее папа. Ее пропал без вести на той большой войне, оставив жену с тремя маленькими дочками. Одну только открытку и успел прислать: «Наш полк стоит в Марьиной роще. Погрузили в эшелон, едем на передовую». Шел 1942-й год.

Римма помнит, как мама собирала отцу фанерный сундучок, как надевал он свою солдатскую обувку: актерская память бережна к деталям. Отец работал на знаменитом «Красном Сормове» - в пролетарском районе Горького. Там были большие, со щелкой посередине, ворота, и голодная ребятня в эту щель заглядывала. Родители, идя со смены, несли им свои недоеденные обеды. Девочка запомнила яркое летнее солнце, а на его фоне - отца с котелком в руках. Римма была старшая, с ними жила больная бабушка, мама работала на станке, подрабатывала еще. Жили в девятиметровке, за стеной - пять соседей. Но жили дружно, двери на запоре не держали, праздники вместе отмечали, пели - запевала всегда мама. Она и в церковном хоре когда-то пела.

Посмотрев фильм «Молодая гвардия», Римма распределила роли среди дворовой детворы. Себе, конечно, взяла отчаянную Любку Шевцову. Записалась в школьный драмкружок в первых рядах. Школа была женская, учительница дала Риммочке роль Козла в «Кошкином доме». А та уже видела себя героиней! Девчонка отчаянно ревела, но мама - мастерица на все руки (бабушка была белошвейкой и многому ее научила) сделала ей симпатичный кокошник, куда поместила маленькие рожки, и все слезы сразу высохли. И учительница «подсластила пилюлю» Козлику, подкладывая ему в горшок герани какую-нибудь мармеладку.

Римма выразительно читала стихи на всех смотрах, бегала лучше всех стометровку, была хорошей лыжницей и вообще - активисткой. Дети войны жили энергично-весело - и за своих не вернувшихся отцов (отсюда, верно, ее вечный «темпоритм»). Худая, прыткая, девочка не ходила - летала по общему коридору. С грохотом падали с крюков корыта. «Ну, сайгак чистый!» - разводили руками соседи. Так ее и прозвали. Даже не зная, обидное ли это прозвище, она (безотцовщина!) дралась из-за него с мальчишками, скрепив крест-накрест две могучие русые косы.

Первая роль =первая любовь

Как-то в школу пришли записывать в драмкружок из районного Дворца пионеров. Так впервые сошлись для Риммы звезды. Кружок во Дворце вела Елена Григорьевна Агапова - преподаватель Горьковского театрального училища. У нее учились Евстигнеев, Зимин, Хитяева.

- Она была из старой русской интеллигенции, знала французский, итальянский, ее квартира была забита книгами. Давала мне, девчонке, читать «Альпухару» Мицкевича, «белые стихи» Тургенева. В пятом классе я уже прочла «Неточку Незванову» Достоевского. Водила нас в театр - образовывала, одним словом, - благоговейно вспоминает Римма духовную маму.

Первая ее роль в студии Агаповой - Доротка в чешской сказке. Там была любовь. И она действительно влюбилась - в мальчика, игравшего на волынке. Он был красивый, его отец тоже погиб на фронте - и он помогал маме. Римма еще не думала быть актрисой. Ей казалось, что актеры - небожители, они совсем из другого теста. К тому же она старшая и должна скорей маму разгрузить - после восьмого девочка поступает в авиационный техникум. Но и там был драмкружок, и вел его известный актер.

Работы по специальности в Горьком не было. Римма едет в Пензу, на военный завод. Вопрос всегда и везде у нее один: «А драмкружок есть?» И здесь вел его профессиональный актер, Римма играла у него в пьесе Островского. Как-то заболела актриса в театре, руководитель кружка сказал: есть способная девочка. Это был ощутимый толчок судьбы. Окрыленная Римма спешит поделиться с Еленой Григорьевной, звонит в Горький. Была большая пауза и вопрос: «А ты по-прежнему занимаешься в драмкружке? Ты это очень любишь?» - «Да, бегу, как на праздник, из своего конструкторского бюро!» - «Знаешь, я не хотела тебе говорить, ты очень способный человек. Но я понимала, что тебе надо маме помогать. Ты можешь меня не послушать, но я не советую сейчас идти в театр. Ты, конечно, сыграешь эту роль. А тебе надо поступать в театральный, и не меньше, чем в Школу-студию МХАТ!». Римма приуныла, но Елену Григорьевну она слушалась всегда.

Кандидатка

А судьба продолжает выводить ее на главное. Ровно через год в Москве - Всемирный фестиваль молодежи и студентов, и Белякову, комсомольскую богиню цеха, туда направляют. Римма первый раз в столице, впервые попадает в Большой театр. Новый, прекрасный мир распахивался навстречу скромной девушке с толстой косой. Римма с подружкой и не заметили, как ноги сами привели их в Камергерский переулок, к Школе-студии МХАТ.

Любопытные девчонки заглянули внутрь. И вдруг голос сверху: «Вам что здесь нужно?» - «Так, посмотреть», - струсили они. - «Только посмотреть? А может, вы поступать хотите?» Подружка выдала ее: «Вот она хочет!» Перепуганная Римма поднимается наверх. «А у вас есть что почитать?» - спрашивает солидный мужчина. Это был не кто иной, как ректор Вениамин Захарович Радомысленский, который зашел на 10 минут - посмотреть, как идет ремонт. Он находит своего зама и музыкального педагога, Римма все читает, читает... «Вы знаете, - сказал, наконец, ректор. - У нас в сентябре будет дополнительный набор. Советую вам поступать».

Дальше судьба толкает упрямую девушку уже прямо в спину. В сентябре у нее отпуск, а в Горький нет прямого поезда, только через Москву. Она зашла в вестибюль Школы-студии и остолбенела - полным-полно поступающих. Вот тебе и дополнительный набор! А в комиссии Белокуров сидит, Степанова подсела, потом Массальский, Богомолов, Тарасова. И с каждым туром все больше прибывает мхатовских звезд, стол комиссии все «расширяется» и «расширяется».

После третьего тура Белякову вызвал ректор: «Вас берут, но пока кандидатом - без стипендии и общежития».- «Я не смогу», - еле выговорила девушка. - «Как?!» - изумился ректор. Чтобы в Школу-студию МХАТ отказывались идти - такого он не видел. «Я уже работаю и маме помогаю», - виновато наклонила она голову. - «Ну, решайте: если завтра не приходите...»

Но фортуна уже решила не отпускать от себя сильно сомневающуюся Римму. «Да вы что, у нас Урбанский был кандидатом, а он самый талантливый на курсе!» - успокаивает рыдающую девушку аккомпаниатор. Римма в раздумьях и терзаниях возвращается к себе, там ждет ее вызов на переговоры с Горьким. Мама что-то почувствовала и сама позвонила.

- Мама, - дрожащим голосом вымолвила дочка. - Я сдала все туры в театральный. Но как ты скажешь, так и будет.
Длинная пауза на том конце провода, наконец:
- Я не хочу тебе мешать - поступай.

История сдана, на четверку с плюсом написано сочинение. Вокал... с вокалом вышла история.

- Я буду петь «Все стало вокруг голубым и зеленым», - решительно объявила Римма, первая певунья в своей округе. И запела - на целую октаву выше. Отступать некуда! По щекам вокалистки катились слезы, но она стойко дотянула до конца. Вышла из аудитории под всплески хохота. Через много лет Римма Ивановна воспроизведет свой мхатовский дебют руководителю саратовского оперного театра Юрию Кочневу. «А я не знал, что у тебя колоратурное сопрано!» - изумится тот.

Пожилая немка - вокальный педагог Школы-студии говорила ей с подружкой: «Девочки, вам надо поступать в ГИТИС на вокал!» Занималась с ними бесплатно, они даже прошли 1 тур. Но руководитель курса Школы-студии заявил во всеуслышание: «Посмотрите на этих двух дур! Студию МХАТ променять на какую-то «оперэттку»! На этом ее вокальная карьера закончилась.

«Я вела какой-то драмкружок, - вспоминает Римма Ивановна. - Приду в воскресенье к родственнице - она сунет с собой яичко, денег пятерку. Иду и думаю, почему я прямо с ног валюсь? Я же почти ничего не ела. Хорошо, когда были постное масло и картошка - как нажаришь, как наешься на ночь! Или хлеб бесплатный нам мальчишки несли из столовой, а мы его - с горчицей!»

Нет, я не Пушкин, я другой

Но все пришло в норму. Радомысленский пробил общежитие. Он всегда помнил, что она сирота, опекал, как мог. Это был барак на путях Рижского вокзала. Они как бы всегда ехали - окна выходили на рельсы. Только через два года переведут ее в общежитие на Трифоновке. Подрабатывала Римма и на винзаводе - учила ребят хореографии. Зимой сдала первую сессию на отлично, получила студбилет и - Хмелевскую стипендию. Потом вместе с Всеволодом Шиловским Белякова всегда получала только стипендию Станиславского.Тут уж смогла и маме что-то отсылать. Купила себе первые выходные туфли. Коралловые, на гвоздиках, глаз не отвести. Нарядное платье было у нее одно, светло-коричневого штапеля, подаренного ее «театральной мамой». Она готовила Римму к смотрам художественного чтения и дарила потом книги из своей библиотеки - якобы награды смотра. Так было и с этим отрезом. Сложно шли поначалу занятия по мастерству. Она выбрала для показа материал «на сопротивление». Слишком застенчивая студентка решила сыграть «Медведя» Чехова. «Смело! А вы не боитесь после Андровской?» - испытующе посмотрел на нее руководитель курса Александр Михайлович Карев. - «Не-ет», - дрожащим голосом ответила та. На репетициях Римма расковалась, «обнаглела» даже, и когда подготовленный материал увидел руководитель, глаз у него загорелся. Он предложил подыграть ей в роли помещика. А потом дал ключевую роль в пьесе.

Преподавали в те годы Комиссаров, Богомолов, Тарасова, Грибов, Степанова, Филиппов (написал историю Малого театра), Виленкин (историк МХАТа). Что ни педагог - личность, что ни профессор - фигура. Преподаватель зарубежной литературы входил в класс и говорил: «Я Поль, но не Робсон, я - Александр Сергеевич, но не Пушкин». И начинал «Илиаду» Гомера на латинском, переходил на греческий, английский: «Не понимаете? Эх, вы»! И только тогда на русском: «Спой мне, о, муза...» Радомысленский всех к ним приводил: на маленькой учебной сцене играл Рихтер, пела Дорлиак - его жена, Алиса Коонен читала Блока.

Курс Беляковой позже вел и Олег Ефремов, обладавший неотразимым обаянием, человеческим и мужским. В него все были влюблены. Когда Олег Николаевич бывал занят, со студентами работали ассистенты - актеры «Современника». Как вспоминает Римма Ивановна, «запутают обычно нас до чертиков». Приходит Ефремов: «Я что-то ничего не понимаю! Так что мы тут делаем?» Через 15 минут все уже знали, зачем они тут и что делают. Мгновенно все вставало на свои места! «Не отвечать на вопрос «как?», пока не ответили на вопрос «что?» - вот чему он нас учил. Чтобы форма не превалировала над содержанием. Своей энергетикой он нас прямо заряжал, ну, а актер какой был!...»

Он поставил с курсом Беляковой «Походный марш» Галича - смелую по тем временам пьесу об исканиях молодежи. Римма играла там небольшую роль, поскольку была занята в постановке своего мастера Карева.

На каникулах она с друзьями ездила в Ленинград - смотреть Смоктуновского в «Идиоте» и вообще все лучшее в театрах (по музеям тоже успевала бегать). Начались «любови», обычное дело в студенческие годы. Парни влюблялись мгновенно в неприступную нижегородскую красавицу (воспитана мамой в большой строгости). Валентин Никулин (известный потом актер «Современника») учился курсом старше и был ее верным поклонником. В другом крыле общежития жили студенты Гнесинки, и будущая звезда эстрады вздыхала по «гарной Риммочке». «Звезда» попросила поставить ему сцену из «Фигаро»: «Я когда пою, больше ни о чем не могу думать». Римма, уже тогда имевшая замашки режиссера, сделала это охотно.

Когда Белякова заканчивала курс, всеобщий выдумщик Никита Сергеевич Хрущев хотел лучших выпускников столичных вузов отправить на целину. Запретив показываться в московские театры, их вызвал к себе ректор. Предстояло ехать в Казахстан, в разваленный театр без режиссера. К счастью, тут приезжает руководство Смоленского театра и забирает выпускников. И в первую очередь - «краснодипломницу» Римму.

Это был очень интересный театр, ищущий, молодежный. Приехали сразу три новых режиссера. Беляковой давали центральные роли - в «Океане» Штейна, в «Правде хорошо, а счастье - лучше» А. Островского. Из Ленинграда на роль Силы Ерофеевича «выписали» самого Василия Меркурьева. Мэтр разбирал ее игру по косточкам: «Это ты делаешь хорошо, это - хуже».

Больше, чем любовь

«Дикарь» Вольтера, где Георгий Банников, первый красавец театра, играл главную роль, ажиотаж у дамского населения города вызывал неописуемый. Худенькая Римма своими косищами (и глазищами!) крепко привязала к себе харизматичного партнера, когда он вводил ее на роль. Не сразу у них любовь взаимная развилась. Герой-любовник, кому с галерки летели букеты, даже если он выходил на сцену в кепке и замасленной спецовке, - такие были не в Риммином вкусе. Но ухаживал Георгий красиво и очень настойчиво. Как-то ее подружка по квартире заикнулась об отсутствии утюга (дефицит!). На другой день в гримерке Риммы обнаруживается новый утюг, перевязанный ленточкой. Выискал ее любимые духи, принес в подарок приемник. Трогательно лечил, когда она сильно болела.

Они бережно пронесут свою любовь через всю жизнь. И когда Георгий Петрович, заслуженный артист России, худрук Саратовской оперетты (которую именно он поставил на ноги), заболел, пережил ампутацию, не смог выходить из дому, Римма Ивановна внезапно почувствовала к мужу такую нежность, какую не чувствовала никогда. Он был еще один ее «ребенок». Помимо родного сына - телережиссера в Москве, помимо всех ее студентов. Есть передача «Больше, чем любовь» - это про них. Муж и в театре, и в жизни заслонил весь остальной мир.

Мхатовская закалка

В Смоленске они играли в паре. Любимая роль у него - блестящий дуэлянт и поэт Денис Давыдов, у нее - Настенька, влюбленная в него. Затем эту видную артистическую пару приглашают в наш город. На сцене Саратовской академдрамы Римма Белякова сыграла более тридцати ролей, да каких... Аристократичная Зинаида - любимая женщина лейтенанта Шмидта, наивная и чистая Нина, погубленная роковой ревностью Арбенина. Преданная и любящая Зоя, разоренная «красавцем-мужчиной». Все с мужем. Партнером Беляковой по сцене был и начинающий тогда актер Олег Янковский. Он сыграл князя Мышкина, она - трагическую красавицу Настасью Филипповну. Театралы запомнили ее и в «Татуированной розе» Уильямса, и в инсценировке Абрамова «Жили-были мать и дочь».

Больше сорока лет Римма Ивановна преподает на театральном факультете. И по-прежнему выходит на сцену. Создала сочный народный характер, сыграв добрую, пьющую, все еще любящую женщину в спектакле «Валентинов день» Вырыпаева. Сама перепоставила спектакль по пронзительной «Осенней сонате» Бергмана, где исполнила центральную роль. К своему большому юбилею подготовила моноспектакль о Книппер-Чеховой, перепахав горы материала (с помощью своих учеников, ставших режиссерами). Студенткой Римма несколько раз видела эту легендарную женщину, бывала у нее в гостях, была на ее панихиде, слышала, как долго и скорбно играл тогда Святослав Рихтер. Ей казалось несправедливым осуждающее отношение к актрисе и жене великого писателя части интеллигенции, она выступает в спектакле адвокатом этой незаурядной личности.

Из учеников профессора Беляковой можно уже составить длинную-длинную цепочку, и протянется она от родного Саратова до обеих наших столиц. Юрий Кравец - правая рука Олега Табакова, Евгений Редько - известный театральный и киноактер, Алексей Зыков - заведующий кафедрой пластического воспитания театрального института, Олег Загуменнов - талантливый саратовский режиссер...

Белякова режиссер смелый и даже дерзкий. Составляет композиции из разных пьес, выбирает для дипломного спектакля мюзикл, да еще с двойным сюжетом. Многотомная театральная история версий «Женитьбы Фигаро» ничуть не смущает постановщика. Она показывает свою - очень изобретательную, уморительно смешную. Будущие артисты появляются под выходные оперные арии, раскрывая рты в самых неожиданных местах. Яркими театральными событиями стали постановки Беляковой «Кровавой свадьбы» Лорки и «Ямы» Куприна - в ее собственной инсценировке.

Как-то режиссер Дмитрий Лядов предложил Банникову поработать педагогом своего актерского курса. Лядов неожиданно заболел, пришлось взять курс Георгию Петровичу, в помощники он позвал умницу жену. Они быстро стали ведущими педагогами театрального факультета. Выпустили вместе семь курсов. Теперь она работает за двоих, всегда мысленно советуясь со своим «Гошей». К ней на курс поступают и столичные жители, наслышанные об уровне преподавания.

Если фортуна сама ведет тебя с детства, что еще нужно, кроме таланта? Трудолюбие и характер. Этого у нашей Риммы «темpоriммa» в избытке.

Крайнова Ирина

Страстной бульвар, 10 №3-153/2012

К юбилею Риммы Беляковой

• В годы учёбы в школе-студии МХАТ Вы общались со многими известными личностями. Расскажите о Ваших впечатлениях.
Ну, в общем то, судьба меня наградила тем, что, помимо старых мхатовских актёров, которые преподавали и были на сцене (Тарасов, Степанова, Масальский, Грибов, Блинников, Кторов, Ефремов, Евстигнеев, Табаков) мне довелось встречаться и общаться со многими «легендарными» личностями прошлого. Наш ректор, Е.В. Радомыслинский, организовывал, как мы сейчас говорим, встречи с интересными, творческими людьми.
Первая встреча была с Ольгой Леонардовной Книппер-Чеховой. Это была традиция. Она знакомилась с первыми курсами школы-студии МХАТ. Обычно Ольга Леонардовна приходила в студию, где собирались студенты. Но тогда ей было уже под девяносто лет, было трудно ходить, и она нас пригласила к себе в гости домой. И это, конечно, запомнилось на всю жизнь. Мы пили чай с вареньем и печеньем, а она нас расспрашивала – кто откуда приехал, почему поступали именно во МХАТ. Потом начала рассказывать об истории МХАТ, о Немирович-Данченко, о Станиславском, о больших актёрах, с которыми она работала, и, естественно, о Чехове. А уже через год она ушла от нас. Проводы были организованы на большой сцене МХАТа, на сцене стоял рояль и всю панихиду играл Рихтер. Это была величественная картина, которая врезалась в мою память!
Потом у нас в студии была Алиса Коонен, которая читала нам Блока. Также к нам приходили Евтушенко, Окуджава. Но, самое удивительное, это то, что я видела и общалась с Анной Ахматовой, которая была в то время запрещена и нигде не печаталась. Это была случайная встреча в доме писателя Ардова, отца моего однокурсника Бориса, но она мне запомнилась на всю жизнь. Как-то после очередного экзамена наша студенческая группа зашла к Борису и, узнав, что величественная женщина, которую мы там увидели, была Анной Ахматовой, мы сразу же захотели с ней пообщаться. Она жила в тесной комнатушке без окон, напоминающий чуланчик для одежды, где находились узенькая кровать, тумбочка и один стул. И все, больше ничего. Наша студенческая группа облепила дверь в её комнату, и мы достаточно долго с ней общались.
На втором курсе, в зимние каникулы наша группа вместе поехали в Ленинград, чтобы познакомиться со спектаклями северной столицы. Билеты купили на стипендию, жили все вместе у одного однокурсника, и нам посчастливилось попасть на премьеру «Идиота» со Смоктуновским в главной роли, который только-только пришёл работать в БДТ. Это был его дебют, и это было первое моё потрясение от актёрской игры. Я даже на второй день, когда мои друзья разбрелись по музеям, снова пошла на этот спектакль, переживала, ждала тех моментов, которые меня особенно потрясли, а сыграл также талантливо, но совершенно по-другому. Это меня поразило чрезвычайно, потому что он существовал на сцене как нас учили, что играть нужно «здесь, сегодня, сейчас», не повторяясь. Это было что-то уникальное.
В студии в это время учились талантливые ребята, которые впоследствии стали большими актёрами – Игорь Васильев, Володя Высоцкий, Валя Никулин, Женя Лазарев, Саша Лазарев, Алла Покровская, Анатолий Ромашин, Алик Филозов.

• Какие роли в театре для Вас были наиболее запоминающимися, знаковыми?
После студии МХАТ несколько человек с нашего курса, в том числе и меня, пригласили в Смоленск. Первая же роль была в пьесе Островского «Правда хорошо, а счастье лучше». Это была одна из заглавных релей – Поликсена. Как раз в то время в Смоленск приехал Василий Васильевич Меркурьев, большом мастер сцены, Народный артист СССР. Он играл в этом спектакле Силу Ерофеича Грознова. Василий Васильевич направлял меня, какие-то вещи подсказывал на первых порах. Потом были спектакли «Два веронца» Шекспира, «Таня» Арбузова, «Оптимистическая трагедия» Вишневского и многое другое.
Потом я приехала в Саратов. Особенно дороги мне были роли Зои Окаёмовой («Красавец мужчина» Островского), Серафины делла Роза («Татуированная роза» Уильямса), Ольги («Три сестры» Чехова), Василуцы («Каса Марэ» Друцэ), Любы («Тамада» Галина), да много было замечательных ролей, свыше сорока. Запоминаются самые дорогие. Вот недавно разбирала свои бумаги дома, смотрю – вот роль Настасьи Филипповны («Идиот» Достоевского) с пометками, замечаниями. Это была одна из самых любимых ролей. Я никогда не жаловалась на недостаток интересных ролей, и я всегда с удовольствием работала в театре.
Позже были ещё две запоминающиеся роли – Шарлотта («Осенняя соната» Бергмана), которую я играла в ТЮЗе и совершенно противоположная роль – Катя («Валентинов день» Вырыпаева), над которой работала на сцене Театра драмы. Мне всегда нравились роли, в которых есть судьба, в которых есть конфликт, когда человек пытается противостоять судьбе. Вот и сейчас в моноспектакле, который я буду играть 14 марта, роль Ольги Леонардовны, её жизнь после того, как уходит из жизни Антон Павлович, её воспоминания, письма, монологи. Это была очень сложная, трагическая любовь. В чём-то счастливая, в чём-то несчастная, и в этом есть для меня интерес к этому материалу. Этот литературный сценарий два года назад прислал мне мой бывший ученик, он сейчас работает в кино и в качестве художника-оформителя в Германии (Гамбург). Я сделала сценический вариант этой пьесы. Мне трудно было начать работать над этим материалом, но сейчас я могу уже «быть мужественной», как говорил Немирович-Данченко, «актёру на сцене нужны мужественная простота».

• В 1983 году знаменитое слоновское училище было реогранизовано в театральный факультет при консерватории. Вы стояли у истоков этого события. Что запомнилось?
Запомнилось абсолютно «голое», ободранное здание, из которого выехал вычислительный центр. Когда с Натальей Петровной мы вошли туда, нам даже некуда было сесть. Всё было так уныло и мы подумали: «как мы будем в этом здании работать»? Вот, например, в моей мастерской были маленькие кабиночки с застеклёнными дверцами. Это всё ломалось, выгружалось во двор через окна и вывозилось целыми грузовиками. Мы красили, белили, скоблили паркет стеклом, ремонтировали мебель… Ребята с моего первого курса говорили: «Римма Ивановна, у нас такое ощущение, что мы поступили в строительный техникум» (смеётся). Первые капустники были посвящены только этой теме.

• 40 лет педагогической практики. Что изменилось в студентах? Какие теперь абитуриенты по сравнению с прошлыми наборами?
Меньше стали читать. А образное мышление развивает только книга. Скажем, если мы прочтём «Войну и мир», то у меня будет одна Наташа Ростова, у вас – другая. У нас возникает образ, образ индивидуальный и особый. Книгу можно перелистать, перевернуть, отложить в сторону, чтобы подумать над текстом. Отсюда, кстати говоря, большая безграмотность. Студент пишет биографию образа, а вместо того, чтобы определить существует ли он в «зерне характера», как «училка» поправляю ошибки красным карандашом.
Изменилось отношение к профессии. Падает её престижность. В слоновском училище через приёмную комиссию проходили более семьсот человек. Сейчас конкурс стал гораздо скромнее. Но те, кто поступает, слава богу, начинают читать, понимать куда они пришли, и влюбляются в профессию.

• Где работают Ваши студенты? Поддерживаете ли Вы с ними связь?
Работают во многих городах – Волгоград, Калининград, Брянск, Пенза, Белгород, Омск, Санкт-Петербург. Многие уехали в Москву и работают в Табакерке, МХАТе, Ермоловском театре, Театре им. Симонова, Гоголевском театре. Некоторые уехали за рубеж и находят там своё место – Германия, Франция, Испания, Украина, Беларусь. Со многими есть связь, звонят, приезжают. Вот сейчас, в связи с юбилеем, вдруг обнаружилось столько моих учеников, что даже сын ко мне не мог долго дозвониться. В свой юбилей я почти целый день провела у телефона.

• Саратовская театральная школа. Существует ли она? Если да, то в чём её отличие от других школ.
(вздыхает) Это самый сложный вопрос, который мне всегда задают. Школа не возникает на пустом месте. Есть такая фраза: «школа передаётся из рук в руки». Вот, например, мои профессора говорили: «вы с нами здороваетесь через второе рукопожатие». Все те мастера, о которых я говорила, и Карев, и Ефремов, и Грибов, и Степанова, и Богомолов, и Комисаров, и Кедров – они все работали с Немирович-Данченко и Станиславским. У них было первое рукопожатие. Ведь школа Станиславского тоже не возникла на пустом месте. Он создавал свою систему, многое беря от русской театральной корневой школы, он наблюдал за работой актёров Малого театра, руководимым Щепкиным, и создавал свою школу переживания, школу жизни человеческого духа.
Когда в 1968-ом году я приехала в Саратов, я застала многих старых мастеров. Это была школа, школа глубинного русского театра. У меня не было испуга, мне не надо было ломать себя. То есть я хочу сказать, школа уже здесь была, её просто надо было продолжать, освоить, внести что-то своё. И когда меня пригласили преподавать в 1970 году в театральное училище, там уже работали большие актёры саратовской сцены и основатель училища Иван Артемьевич Слонов. Это были титаны. И саратовская школа всегда была сильна своими педагогическими талантами.
Школа держится на личностях, её рождение и продолжение зависит от актёров, которые учат новое поколение. В этом отношении мне повезло, так как я училась у потрясающих педагогов. Помню, Белкина, преподавателя русской литературы в школе-студии. Он немножко «посидел», за «Бесов» Достоевского. И когда он пришёл к нам на первое занятие, сказал: «Ну, ребята, давайте поближе познакомимся, почитайте свои стихи». Мы «зажались», а он сказал: «Не стесняйтесь, нас всех в юности "тошнило" стихами». Мне очень запомнилось это выражение. Никто тогда не осмелился ему прочитать, но вот меня иногда "тошнит" стихами.

• А что-нибудь прочитаете? Юбилейное, может быть…
(смеётся) Ну… правда, это только для друзей, не для публики… Совсем недавно вот… Не слишком серьёзное…
Проснувшись в Новый Год с утра,
С тоской подумала: «О, боги,
Две тысячи двенадцатый стоит уж на пороге,
И скоро юбилей, и надо подводить итоги.
Зачем мне этот юбилей,
И лестные слова, и эти "ахи", "охи"?
Мои дела совсем не плохи,
Но не случилось много из того,
О чём мне в юности мечталось.
И сколько мне ещё осталось?»
Вскочив с постели, в кухню побрела,
Свой голос внутренний я перестала слушать,
Подумала, и стала кушать.
«О, Боже мой, какая ерунда
Пришла мне в голову с утра!»

Евгений Мякотин

Камертон. 2012, февраль

дополнительная информация >>

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.
Будем очень признательны за помощь.

обсуждение >>

№ 3
Алан Шанаев (Владикавказ)   2.02.2012 - 05:53
С ЮБИЛЕЕМ Уважаемая Римма Ивановна,здоровья Вам,всех благ и долгих лет жизни! читать далее>>
№ 2
edtv   30.10.2011 - 23:06
Гениальная женщина, педагог и актриса! читать далее>>
№ 1
Andrew (Москва)   13.03.2011 - 02:37
Она играла Валентину Кравцову в фильме "Без права на пощаду". читать далее>>
Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники
МирТесен