Кино-Театр.ру
МЕНЮ
Кино-Театр.ру
Кино-Театр.ру

История театра >>

– Олег Константинович, вы когда-нибудь интересовались происхождением фамилии «Попов»? Нет ли в ней религиозного подтекста?
– Конечно, в большой степени фамилия говорит сама за себя, и мне кажется, что мой прадедушка был попом, но этого я точно не знаю, потому что мы жили в те времена, когда страшно было спрашивать такие вещи.

– Мне известно, что вы родились в небольшой деревне...
– Да, я родился в подмосковной деревне Городово, а через месяц мой папа получил в Москве квартиру (он работал на Втором часовом заводе), и с тех пор я стал москвичом.

– Расскажите немного о родителях.
– Про отца я только что сказал, а моя мама работала ретушером диапозитивов. Вы, в силу возраста, не можете этого знать, но раньше, до появления цветных фотографий, в аптеках нужно было раскрашивать диапозитивы в разные цвета – красный, зеленый, синий и т. д.

– Когда вы обнаружили в себе талант смешить людей? Возможно, он проявился еще в детские годы?
– Вы знаете, у меня папа был человеком юмористического склада и неплохо рисовал, а когда мне было лет 8-9, на наших киноэкранах стали появляться картины с участием Чарли Чаплина, и если мне мама давала мелочь на мороженое, я бежал смотреть эти кинофильмы, так как он мне очень нравился.

– Однако в детстве у вас не было ярко выраженных задатков клоуна?
– Нет, но у каждого пацана в те времена (может быть, и сейчас) имелось какое-нибудь прозвище, а меня, например, дразнили просто «Жирный» (заразительно смеется), ведь я тогда был очень полным.

– А каким образом вы попали в цирк?
– Это произошло в 1944 году, еще во время войны. Мы остались без отца, поэтому нужно было обеспечивать семью. Я начал работать слесарем в газете «Правда», где ремонтировал плоскопечатные машины, а рядом находилась цирковая школа. Я же в свободное время занимался акробатикой в спортивном обществе «Крылья Советов», оно тоже располагалось недалеко от моего дома. Туда приходили студенты из циркового училища, я с ними познакомился, после чего меня стали приглашать туда на репетиции. Мне там очень понравилось, и я, не говоря никому ни слова, поступил в цирковое училище. Даже моя мама узнала об этом год спустя.

– И почему вы скрывали этот факт?
– Во-первых, я боялся, что она мне не позволит там учиться, а во-вторых, мама была твердо убеждена в том, что все артисты – пьяницы и развратники, поэтому не хотела, чтобы я этим занимался.

– Каким образом ваша акробатика перешла в клоунаду?
– В цирковом училище мы готовили номер, который был рассчитан на трех человек, но, к большому сожалению, произошел несчастный случай, в результате которого наш партнер разбился насмерть. Мы остались вдвоем, не зная, что делать, так как номер рассыпался. Тогда я начал репетировать эквилибр на свободной проволоке, и мне очень повезло, что со мной работал режиссер Сергей Дмитриевич Романов, который придал этому номеру юмористический уклон. Я стал выступать по циркам, а затем в 1951 году я был отмечен на Московском молодежном фестивале. В этой программе принимал участие знаменитый клоун Карандаш, и после окончания фестиваля он взял меня работать в труппу. Кроме моего сольного номера, я ассистировал Карандашу, участвуя в различных репризах, массовках, в общем, крутился-вертелся вокруг него, смотрел как Михаил Николаевич репетирует и работает. После гастролей он уехал на отдых, а мы отправились выступать дальше. Приехали в город Саратов, где выступал клоун Боровиков, но он к тому времени лежал в больнице со сломанным во время неудачного выступления ребром. А директор цирка знал, что я имею опыт работы в качестве коверного и выступал с самим Карандашом, поэтому он меня попросил подменить на неделю Боровикова, так как цирковую программу без клоуна представить очень сложно. Однако у меня не было никакого реквизита, не говоря уже о костюмах и гриме. На следующий день мы поехали в больницу к Боровикову, директор представил меня и сказал, что этот паренек сможет нас выручить и неделю отработать клоуном, но у него ничего нет. Тогда Боровиков вручил мне ключ от гардеробной и разрешил взять все, что мне необходимо для выступлений, и за это я ему всю жизнь благодарен. Вот и по сей день нахожусь на подмене (смеется).

– Как у вас появился образ «Солнечного клоуна»?
– В 1958 году советский цирк впервые поехал на гастроли в Западную Европу. Это была большая поездка по трем странам: Бельгии, Франции и Великобритании. И мы убедились, что фраза: «В Москве погода ясная, а в Лондоне – туман», соответствует действительности, так как в Англии небо было мрачным. А в самой первой рецензии было написано, что в такую туманную погоду приехал клоун, который солнцем осветил арену, отчего всем стало теплей, с легкой руки того рецензента меня теперь всегда называют «Солнечным клоуном».

– Как известно, клоун – это фигура, «цементирующая» все представление, он соединяет различные номера, поэтому должен уметь практически все: жонглировать, показывать акробатические трюки и т. д.
– В этом смысле мне очень много дала наша школа, ведь там мы изучали гимнастику и акробатику, жонглирование, эквилибристику, а это все в недалеком будущем мне очень пригодилось, хотя тогда я даже не думал, что эти жанры мне нужны, и относился к ним халатно.

– Кроме того, насколько я помню, клоун всегда общался со шпрехшталмейстером (инспектором манежа).
– Да, это было обязательно, так как драматургия реприз, в основном, строилась на конфликтах клоуна и инспектора манежа, что выражалось в диалогах или пантомиме.

– В дореволюционном российском цирке было две маски клоуна – Белый и Рыжий. Не надо обладать телепатическими способностями, чтобы понять, кто вы. Я даже сейчас не говорю о цвете волос...
– Белый клоун – это такой «законник», который постоянно качает права, а Рыжий издевается над этим.

– А насколько сольное выступление клоуна отличается от работы вдвоем или втроем?
– Одному работать очень сложно, так как все внимание приковано только к тебе, а не к партнеру, поэтому постоянно надо чем-то удивлять публику.

– Как вы относитесь к цирковым династиям?
– Я к ним совсем не отношусь, так как не являюсь представителем одной из них, но должен сказать, что не всегда происходит продолжение династии. Например, у Чаплина было 13 детей, но никто из них не стал клоуном. Или возьмем моего внука. Я целый год его таскал за собой, он вместе со мной работал, но я видел, что его глаза не горели, поэтому он вернулся к той деятельности, которая ему нравится.

– И в чем она заключается?
– Сейчас мой внук является менеджером и продает машины в Москве.

– Возвращаясь к вопросу о династиях. Есть же среди них и такие представители, как Запашные...
– Конечно, можно еще назвать и дрессировщиков Филатовых, не говоря о династии Дуровых.

– Одно время вы выступали с художником-моменталистом Алешичевым. Возможно, не все наши читатели знают, в чем специфика этого вида творчества, поэтому расскажите подробнее об этом.
– Прежде всего, нужно иметь большое чувство юмора, чтобы сходу увидеть у человека не только хорошие, но и плохие качества, а потом все это изобразить в утрированном виде. Наш номер заключался в том, что я выбирал из публики наиболее колоритных зрителей, а Алешичев в считаные минуты рисовал шарж. Однажды, к примеру, я нашел в качестве «подопытного кролика» мужчину с огромной рыжей шевелюрой. Александр быстренько нарисовал его, но тот покачал головой, мол, не похоже, а потом совершенно неожиданно для всех сдернул с головы парик и оказался абсолютно лысым! Такого гомерического хохота я не слышал давно!

– Кроме цирка вы в свое время участвовали в телепередачах, например, была такая детская воскресная программа «Будильник», которую я всегда с удовольствием смотрел и с нетерпением ждал.
– Да, это была и моя любимая передача, а когда я работал в Московском цирке, то я жертвовал выходными днями и вел эту программу для детей каждую неделю.

– Вы также снимались в кино...
– У меня не такой большой киноопыт, так как меня не отпускали на съемки, но я участвовал в создании советско-румынского фильма «Мама», где играл роль Медведя. Это тоже было очень интересно, хотя на съемочной площадке все обстоит по-другому.

– Вы сможете припомнить какие-нибудь курьезные случаи, которые происходили в цирке?
– Конечно, случалось разное, иногда я видел, что кто-то из зрителей пришел подшофе, его разморило, вот он и заснул, сидя на первом ряду. Тогда я мчался за кулисы, приносил громадную кипу газет, будил его и давал почитать, чтобы отвлечь ото сна.

– Олег Константинович, как вы думаете, в чем магия цирка? Почему его любят все – дети, взрослые и даже те, кто боится себе в этом признаться?
– Начнем с того, что цирк – это прежде всего дрессированные животные. Сейчас, к сожалению, «зеленые» (Greenpeace) активизировались и стали запрещать работать артистам с животными, мотивируя это жестоким обращением с «братьями нашими меньшими». А если вспомнить, то цирк начался с лошадей, поэтому во всем мире диаметр арены – 13 метров. Потом в цирке есть акробаты, фокусники, здесь представлены разные жанры, и публика восхищается способностями человеческого организма, замирая от восторга. Где же ещё можно подобное увидеть? Я не знаю!

– В чем была сила так называемого советского цирка?
– Дел в том, что наша публика очень любит цирковое искусство. Но самое главное заключается в том, что у нас была школа, и мы занимались не самодеятельностью, а профессионально, причем это делали преподаватели, хорошо знающие специфику цирка изнутри, – бывшие циркачи, которые не прочитали об этом в книге, а сами через все прошли. И всем нашим учителям, которые нас воспитывали, громадный низкий поклон. Это не только педагоги, но и режиссеры, композиторы, и авторы.

– Одно время были в моде тематические представления, объединенные общей целью.
– Да, это называлось театрализованное цирковое представление, где красной лентой проходила основная мысль, хотя я считаю, что даже в маленькой репризе должна быть, может, и не глубокая, но мысль. В цирке не должно быть пустых вещей – просто дал пощечину, ха-ха, и вся реприза. Нет, надо, чтобы зрителям стало понятно, почему ты ударил.

– Среди важных цирковых фигур вы называли профессию режиссера. Я знаю, что у вас было тесное сотрудничество с Марком Местечкиным.
– Ну, как же! Марк Соломонович – это мой любимый режиссер, благодаря ему я часто выступал в Московском цирке. У нас с ним было много номеров, а также цирковое «двухсерийное» обозрение «Лечение смехом», так что я сохранил о нашей совместной работе самые приятные воспоминания.

– Продолжаем тему «Советский цирк». В какой мере его коснулись вопросы идеологии?
– Вы знаете, вся идеология ограничивалась парадами и эпилогами, вот там как раз и звучали какие-то патриотические призывы.

– А как это проявлялось в клоунаде?
– У меня был, например, такой номер. На манеж выносили большие весы. Затем выходил «агрессор» с атомной бомбой, клал ее на весы, а я появлялся с голубем, располагал его на другую чашу весов, и голубь перевешивал! Реакция публики была потрясающей, хотя ничего особенного мы не делали.

– В каких отношениях вы были с Коммунистической партией?
– Мне много раз предлагали вступить в ее ряды, но я отказывался, так как коммунисты загубили моего отца. Кроме того, мне кажется, что понятие «клоун-коммунист» само по себе смешно.

– Расскажите о вашем участии в международных конкурсах.
– В 1955 году был фестиваль в Варшаве, затем я выступал на всемирной выставке, но самый главный конкурс – это конечно же Монте-Карло, где я был удостоен звания «Золотой клоун», это произошло в 1984 году.

– В 1991 году распался Советский Союз. Как вы восприняли данный факт?
– К тому времени у меня возникла такая ситуация: я был на гастролях в Германии, и когда началась эта вся заваруха, нас бросил импресарио, не заплатив за два месяца, – взял и «сорвался», а мы остались без средств к существованию вместе с животными и реквизитом. За год до этого от рака умерла моя супруга, и в ФРГ я познакомился с девушкой Габи. Но очень быстро появился другой голландский импресарио, который согласился взять всю нашу программу, только он попросил месяц на подготовительный период. Я обрисовал Габи эту ситуацию: денег нет, работы – тоже пока не предвидится, куда ехать – не знаю. Что делать? А она отвечает: «Поехали ко мне». Мы взяли весь реквизит и уехали в деревню, где жила Габи. Месяц перекантовались, затем начались успешные гастроли, она несколько раз приезжала и уезжала, пока не осталась насовсем. И с тех пор я постоянно живу в Германии.

– Вы уже находитесь в ФРГ уже более 10 лет, какой у вас за это время здесь сложился круг общения?
– В том месте, где я живу (небольшая деревня недалеко от Нюрнберга) у меня есть друзья среди немцев из Казахстана. Конечно, в коллективе, где я работаю; общаюсь я также и с местными немцами. Круг общения у меня не такой уж и большой, так как для этого нужен постоянный контакт, а когда я нахожусь постоянно в разъездах, то мы не видимся годами, отчего дружба затухает. Мы – кочевники и люди неуловимые, нас ловят, но безуспешно.

– А ближайшие родственники?
- У меня здесь живут дочь Ольга и внучка Вера. Первая работает, а вторая еще учится, но мы периодически общаемся, как лично, так и по телефону.

– В чем секрет вашего творческого долголетия?
– Во-первых, спасибо дедушке и бабушке за здоровье, которое тоже передается по наследству. А во-вторых, как мне кажется, это – любовь к цирку, поэтому, когда меня спрашивают: «Где ваша родина?», я всегда отвечаю: «Где цирк, там и моя родина!»

– Как вы думаете, почему в Германии почти нет стационарных цирков, а используется система шапито, когда артисты приезжают всего на несколько недель?
– Я думаю, причина заключается в экономической нецелесообразности, ведь стационарный цирк должен приносить доход круглый год, для чего нужно отапливать помещение, оплачивать электричество, что требуют немалых финансовых средств. А система шапито более мобильна, ведь при хороших сборах можно немного и задержаться. В шапито зимой не холодно, поэтому зрители при любой погоде идут в цирк, им нужно за это вешать медаль (смеется).

– Артисты, как известно, люди – суеверные. Вы также относитесь к этому числу?
– Если дорогу перебежит черная кошка, то нужно три раза плюнуть через левое плечо, потом нельзя садиться спиной к манежу или есть семечки – сборов не будет. Есть еще и другие суеверия и приметы, но это все – шутки, хотя в каждой шутке имеется доля правды (смеется).

– Вам удается следить за цирковой жизнью России и стран СНГ?
– Мне кажется, что все хорошие и находчивые артисты разбежались и теперь находятся за рубежом.

– Почему в последнее время среди российских коверных давно нет громких имен? По-моему, после Юрия Куклачева еще не появилось ни одного известного клоуна.
– Для того чтобы клоуна узнали, нужна реклама, прежде всего – телевизионная, потому что без этого очень трудно стать популярным, но молодые ребята-клоуны есть, в том числе и в нашей программе, они, кстати, из Украины.

– В чем заключается отличие между «нашим» и немецким цирком?
– Наша школа очень отличается от западной, в частности, от немецкой. Я уже говорил о ее специфике, поэтому не хотел бы повторяться.

– Этот год для вас является юбилейным...
– Да, мне исполнится летом 15 лет! (на полном серьезе).

– И что бы вы пожелали себе в этот год?
– У меня только одно пожелание – здоровье. А остальное, как говорил в свое время Марк Соломонович Местечкин, купим в ларьке!

Кино-Театр.ру Фейсбук
Кино-Театр.ру Вконтакте
Кино-Театр.ру Одноклассники

МирТесен

Афиша кино >>

детектив, драма, мистика, триллер, экранизация
США, Великобритания, 1999
драма, социальная драма
Германия, Дания, Канада, Франция, Швеция, 2019
комедия, экранизация
Германия, 2018
мелодрама
Россия, 2019
боевик, научная фантастика, приключения, фэнтези
США, 2019
мелодрама, триллер, фэнтези
Австралия, 2018
биография, драма
Россия, 2020
драма, криминальный фильм
Франция, 2019
мистика, триллер, фильм ужасов
США, 2019
комедия, криминальный фильм
Россия, 2019
приключения, фэнтези
США, 2019
все фильмы в прокате >>
«На высоте»
Ролики фильмов
«На высоте»
Экранизация одноименного бродвейского мюзикла, в котором владелец винного погребка отправляется за наследством в Доминиканскую республику.
Кино-театр.ру на Яндекс.Дзен